Книга Зови меня Волком, страница 39 – Лина Славянова

— Я сказала что-то смешное? – строго спросила Брониимира.

— Нет, государыня, – заверил Влаксан.

Княгиня надменно задрала голову:

— Хорошо. Я назначаю тебя княжеским дружинником, Волчий сын из Награя, – объявила княгиня и обратилась к стоящему справа от неё дружиннику, – Белорад, принимай в свои ряды нового воина.

— Приветствую тебя, Влаксан, – кивнул воевода. – Меня зови Белорад. Теперь мы твоя семья и твои друзья.

— Благодарю, – кивнул Влаксан.

— В таком случае положено не благодарить, а приветствовать теми же словами, – пояснил Белорад.

— Ну, что ж… – Влаксан огляделся.

Дюжина молодцев слева и дюжина справа. С воеводой – двадцать пять. Все как на подбор высокие и крепкие, вроде Инга. Лица серьёзные, даже суровые.

— Приветствую тебя, Белорад. Зови меня Волком. Теперь вы моя семья и мои друзья.

Брониимира удовлетворённо кивнула:

— Хорошо, завтра приступишь. А теперь ступайте, – Брониимира махнула в сторону дверей, – дружинники как один повернулись и последовали к выходу.

Влаксан так и стоял посреди зала:

— Государыня, позволь спросить, – обратился Влаксан.

Белорад, замыкавший строй, замер и на пятках развернулся к трону.

— Хорошо, Волк. Белорад, можешь нас оставить.

Воевода кивнул и вышел из зала, плотно затворив дверь.

— Я княжий дружинник? Действительно, более достойно, чем псарь, – произнёс Волк, шагая к трону.

— Мне нужен охранник, который, если будет нужно, не побоится княжеского гнева или ответа перед судом. Который будет храбр, быстр и дерзок, если потребуется.

— Мне не страшен никакой суд, кроме твоего суда, государыня, – Волк подошёл к ней и попытался взять за руку.

Брониимира дёрнулась, отступая от него.

— Прости, коль груб. Прости мне мою дерзость…

— Ты забываешься, с кем говоришь, Волчий сын, – дрожащим голосом произнесла она.

— Да. Забываюсь, – произнёс он, подходя ближе. – Я всё на свете позабыл, кроме твоего голоса. Готов идти наперекор любому князю и закону, воле духов и людей. Я уже пропал, и нечего мне больше терять, кроме того, что и так не имею. Жизнь больше не стоит дороже поцелуя любимой, и я готов отдать её за это.

Брониимира, не сводя с него глаз, продолжала медленно отступать, пока не упёрлась в стену. Маленькая, словно пташечка, она смотрела на него полными страха и любопытства глазами, и молчала, сердито нахмурив брови, но яркий румянец на щеках выдавал, что ей не безразличны его слова. Она глядела ему в глаза уже без напускной строгости, скорее покорность и испуг наполнили её.

— Уходи, – прошептала она, указывая на дверь.

Волк послушно отошёл, сердечно поклонился и пошёл к выходу. Он заметил, как украдкой княгиня утирает рукавом слёзы.

Белорад поджидал у крыльца. Он внимательно поглядел на Волка и повёл к оружейной:

— Здесь будешь заниматься, – указал он на небольшую поляну. – В свободное время нужно тренироваться, чтоб всегда быть готовым к бою. А спим мы тут, – воевода толкнул дверь дружинной избы.

Изба была большая, на два этажа: на первом располагалась обеденная, во всю длину стояло два стола, второй этаж полностью уставлен лавками для сна. В просторных сенях верхний венец щерился длинными торчащими крюками.

— Ты вещи прихватил? – спросил воевода, указывая в сторону Чёрного двора.

— Всё моё на мне, – ответил Волк.