Книга Зови меня Волком, страница 113 – Лина Славянова

Дверь бани распахнулась, вбежали Микол и Велен.

— Что, мужички, ещё медочка вам? – раздался с улицы звонкий бабий голос.

Ольгик подорвался над полком:

— Что? Баба, что ли?

Мужики, не успев зайти, выскочили наружу, на ходу хватая рушники да рубахи, чем бы наготу прикрыть.

По двору шла высокая, круглолицая девка. В руках она несла два ведра. Длинная белая коса перекинута через плечо и заправлена за пояс. Девка, точно сестра, похожа на Эйрун, только яркий румянец алел на её щеках, какого никогда не бывало у холодной ведьмы.

Мужики сразу обступили девку:

— А что же ты к нам? С гостинцем али в баньку?

— С гостинцем, – не смущаясь, передразнила девка. – Мёда вот ещё принесла.

— А может, в баньку?

— А может, и схожу, только не с вами! – шутливо поморщилась баба и пошла к воротам.

— А звать-то тебя как, красивая, – проорал Ольгик.

— Маликой зови, коли нужна.

Калитка с треском распахнулась, и во двор вбежала низкая кривая старуха. Она зло зыркнула на мужиков и попыталась ухватить за косу Малику:

— От гуляш-шая! – прошамкала она, – Сказано было тебе – не соваться на двор! Нет жеж! Всё едино ей!

— А тебе-то что? Завидно? – нагло ответила Малика и, смеясь, выскочила со двора.

Бабка схватила подкову, что висела на воротах, и бросила вслед девке:

— От старосте на тебя пожалуюсь! Гуляш-шая!

— Ладно тебе, мать, – примирительно обратился Велен. – Малика нам пить принесла.

— А то я бы не могла! – негодовала старуха, – Ить, хитрая лиса! Говорит: «Давай помогу тебе, Дусь». Я-то и говорю, мол, донеси, дочь, до ворот, да оставь там ведро. На двор не суйся. Мужики в бане. Я им сама занесу. А она, вон чего удумала, стерва. Пока я старыми ногами своими доковыляла… эх! – старуха досадливо махнула рукой.

— А что она такая смелая-то? – не скрывая любопытства, спросил Ольгик.

— Так вдовая. Три года как.

— Истосковалась, видно, по мужику. А много ли у вас тут вдовых-то? – не унимался Ольгик.

— Сколько бы ни было – не про твою честь, – заржали мужики.

— Вы, черти, мне глядите! – Дусь погрозила пальцем, – Девок наших-то не бесчестите!

— И в мыслях не было, – ударил себя в грудь Ольгик.

— Ох! Как я тебя сейчас подковой-то! – старуха оглянулась на ворота и вспомнила, что подкову уже потратила на Малику. – Тьфу! – она обиженно плюнула себе под ноги и пошла со двора.

— Мать, чесслово, ничего худого против местных девок не имели, – проорал вслед Микол.

В парилку набились сразу все. Остывшие дружинники воодушевлённо обсуждали бесстыжую Малику. Даже Милослав, благочестиво верный жене, и тот не удержался от укора:

— Красивая, но права старуха, не доброе то дело.

Обед накрыли к ночи. Уже подхмелевшая дружина расселась за столами в корчме. Вдали от двери, возле печи сидел князь с колдуном и Эйрун. А вот Ярош, похоже, уехал с княжичем в Награй. Подгорцы пришли целыми семьями, под лавками бегали светловолосые дети. Мужики с жёнами, разинув рты, слушали истории бывалых воинов.

Чуть в стороне, Малика с подружками краснела и прятала глаза от шуток Ольга и друзей. Умеет же строить из себя! Вот в жизни не скажешь, что такая скромница на самом деле может быть гулящей.

— А что так тихо сидим? – проорал староста, – Давай «Лихую»! Не каждый день у нас князь гостит! Хоть он князь и награйский, так своего-то у нас нет, – староста лукаво прищурил пьяные глаза и во весь дух рассмеялся своей же шутке. – А тут, глядишь, и года не минёт, как будет Любослав и у нас княжить! Давай Лихую, Санько!