Книга Двор призрачных сердец, страница 74 – Элис Нокс

Кейт покачала головой, но губы дрогнули в улыбке.

— Ты невозможен.

— Знаю, — он вытер слёзы с моих глаз. — Но весело же. Наэрис думала, что поставит меня в неловкое положение этой... — он ткнул в тарелку, — ...гадостью. А я просто развернул ситуацию.

Он взял кружку с мутной водой, поднял как в тосте.

— За человеческую находчивость. И за то, что триста лет жизни научили меня не морщиться от плохой еды.

Шаги удалились по коридору, растворились в тишине дворца.

Лис доел содержимое банки — методично, без спешки, будто это был деликатес, а не сомнительная масса неопределённого происхождения. Взял яблоко, повертел в руках, откусил с характерным хрустом.

— Яблоко подгнившее, — заметил он между укусами. — Но сорт неплохой, сладкое. Напоминает те, что продают на рынке в Ковент-Гардене. — Ещё укус. — Покупал там иногда, когда гулял инкогнито по Лондону.

Он посмотрел на моё блюдо — на фрукты, светившиеся изнутри тускло-золотым, на вино цвета крови с золотым отливом — и что-то изменилось в его взгляде. Потемнело, стало тоскливым.

— Хотя, — интонация стала тише, задумчивее, — еда фейри... это другое. Это не просто вкус. Это опыт. Магия в каждом кусочке. Воспоминание. — Пауза, в которой слышалась боль. — Скучаю.

Я медленно взяла кусочек хлеба, задержала его перед губами на мгновение — последний шанс передумать, последняя секунда сомнения, и откусила.

И мир исчез.

Осталось только это: сладость мёда, текшего по языку как расплавленное золото, горечь орехов, терпкая и глубокая, пряность трав, названий которым я не знала и никогда не узнаю.

Всё слилось в симфонию, игравшую не просто на вкусовых рецепторах. Играло глубже — в крови, в костях, в самой сути того, чем был этот мир. Магия, вплетённая в еду так же естественно, как солнечный свет вплетён в день.

Тепло разлилось по телу — не поверхностное, не то, что даёт обычная пища. Оно просочилось в каждую клетку, наполнило усталые мышцы новой силой, залечило мелкие царапины, о которых я даже не помнила. Разлилось где-то в груди, там, где жила магия Света, и она отозвалась — тихо, довольно, будто узнала родное.

Глаза закрылись сами. Я не хотела, не планировала, просто тело решило за меня — отключило зрение, чтобы вкус стал единственной реальностью.

Стон вырвался — тихий, низкий, идущий откуда-то из глубины груди. Непроизвольный. Я не могла его остановить, даже если бы пыталась.

— Прекрати, — интонация Лиса донеслась издалека, сквозь пелену наслаждения.

Я открыла глаза. Он смотрел на меня через стол — серебряные глаза на моём лице горели чем-то острым. Зависть, ностальгия, тоска по тому, что он потерял, хотя бы временно.

Кейт рассмеялась — негромко, с пониманием, приходящим только от личного опыта.

— Я тоже так стонала, — призналась она, и в янтарном взгляде плясали воспоминания. — Первый раз, когда попробовала еду фейри. Это незабываемо. Навсегда запечатлевается в памяти. — Пауза. — Ничто в человеческом мире даже близко не стоит.

Она посмотрела на Лиса с мягкостью сестры.

— Но ты продержишься. Человеческая еда тоже хороша. По-своему.

— Легко говорить, — буркнул он, откусывая яблоко почти агрессивно. — Ты можешь есть и то, и то. А я застрял в теле, где максимум удовольствия — хороший сыр.

Я взяла ягоду — крошечную, размером с ноготь, внутри которой плясали искры, и надкусила.