Книга Двор призрачных сердец, страница 6 – Элис Нокс

— Любопытство, —ответила я, шагнув ближе. Сократила расстояние до шага. — Слышала, что Король Света играет лучше всех в Подгорье.

— Слышала? — Бровь снова поднялась — рыжая, чуть светлее волос. — От кого?

Ловушка, Лин. Не попадайся.

— От толпы. — Я неопределённо махнула рукой. — Все только о вас и говорят.

— Лестно. — Он наклонил голову заставив рыжие пряди скользнули по щеке, открыть шею. Длинную, с яремной веной, что пульсировала под кожей.

Одного удара клинком — и он истечёт кровью за минуту.

Но у тебя нет клинка. Только….

Позже. Сначала — соблазни его, не будь гусыней.

— Но ты не ответила на вопрос. — Тон изменился, стал тише, бархатистее. — Что ты хочешь? Сыграть? — Пауза. Глаза опустились — к декольте, к бёдрам, к разрезу платья. — Или выиграть?

Липкая, тяжёлая двусмысленность повисла в воздухе.

Кто-то в толпе усмехнулся.

Я фыркнула. — Выиграть. Всегда, только выиграть!

Серебро в его глазах вспыхнуло, стало ярче, почти белым.

— Амбициозная. Мне нравится.

Он встал одним плавным движением, и я поняла, насколько он высокий. Даже на каблуках мне пришлось запрокинуть голову, чтобы встретить его взгляд. Широкие плечи заслонили свет люстры, отбросив тень на моё лицо, и весь мир сузился до него — до серебра его глаз, до обещания в полуулыбке, до жара что исходил от его тела.

Запах усилился — дым, корица, он сам — окутал меня как невидимое облако, плотное и дурманящее. Голова слегка закружилась, но достаточно, чтобы я поняла: это феромоны, его оружие.

Не дыши глубоко. Не поддавайся. И не показывай страх. Хищники чуют страх.

— Так, — прошептал он, наклоняясь ближе, что губы оказались почти у моего уха, — давай проверим твои амбиции.

Его рука как змея, стремительно выстрелила вперёд, крепко схватила моё запястье, и рванула вперёд.

Мир перевернулся, я потеряла равновесие, каблуки скользнули по мрамору, платье задралось, чужие руки и тела мелькнули по краям зрения, а потом я оказалась у него на коленях.

* * *

Удар был жёстким. Его бедро оказалось под моим — твёрдое, мускулистое, горячее даже сквозь ткань. Инстинктивно я схватилась за что-то для равновесия, и руки сами нашли его грудь.

Чёрт!

Под ладонями разливалось живое, пульсирующее тепло. Рубашка была тонкой, почти невесомой, и сквозь неё я ощущала всё: как ровно и спокойно бьётся его сердце, словно для него сидящая на коленях девушка была обыденностью; как с каждым вдохом вздымается грудная клетка; как каменные мышцы под моими пальцами напрягаются всякий раз, когда он смещается, устраивая меня удобнее.

Я видела мужские тела раньше. На тренировочном дворе Ордена, когда в жару солдаты снимали рубахи. Голую кожу, пот, шрамы. Но это было безопасно — они не касались меня, не держали так, не дышали мне в шею.

А сейчас...

Его рука на моей талии была стальной, властной, пальцы впились в шёлк так крепко, что я ощущала давление каждого. Вторая скользнула к бедру, к разрезу платья, где ткань заканчивалась и начиналась голая кожа, коснулась легко, почти невинно, но вверх по позвоночнику пробежала молния, заставившая меня вздрогнуть.

От отвращения. Только от отвращения, — повторяла я мантру, пытаясь убедить себя.

— Тихо, красавица, —произнёс он у самого уха, так близко что губы почти коснулись кожи, и горячее дыхание скользнуло по шее, подняло мурашки. — Не вертись. Ты моя удача сегодня.