Книга Двор призрачных сердец, страница 315 – Элис Нокс

Слова ударили, как пощёчина.

— Это не так, — выдавила я, и влага жгла глаза. — Джаспер, это не...

— Не так? — Голос сорвался, перейдя на крик, и в нём прозвучала такая ярость, такая жгучая пустота, что я физически отшатнулась. — Тогда как, Аделин?! Скажи мне, как это было?!

Он шагнул ко мне, и Вейрон не остановил на этот раз.

Джаспер опустился на колени передо мной — резко, тяжело — и карие глаза впились в мои, полные неверия и чего-то сломленного.

— Ты трахалась с ним, пока я гнил в клетке? — Тон дрожал, каждое слово давалось с трудом. — Пока меня избивали, пытали, заставляли драться насмерть за кусок хлеба — ты кончала от него?

— Джаспер, пожалуйста...

— ДА ИЛИ НЕТ?! — рык взорвался таким громким, что я вздрогнула.

Безмолвие.

Я не могла лгать — не ему, не сейчас.

— Да, — выдохнула я, и слово рухнуло тяжёлым грузом. — Да, между нами была... близость. Но я не знала о метке! Я думала, что это просто...

— Просто?! — он рассмеялся — коротко, истерично, без капли веселья. — Просто что, Аделин? Просто секс? Просто развлечение на пути ко мне?

Руки схватили меня за плечи — не больно, но отчаянно, пальцы впились так, что останутся синяки.

— Я ждал тебя! Верил, что ты придёшь! Держался за это, когда били плетью! Когда выпускали чудовище! Когда стоял на арене и думал — сегодня умру! Думал о тебе! О том, что если выживу — мы будем вместе!

Интонация сорвалась окончательно.

— А ты... — он отпустил меня, ладони безвольно повисли, — ...ты уже выбрала его. До того, как нашла меня. До того, как увидела, что со мной стало. Выбрала, и эта проклятая метка доказательство.

Он поднялся на ноги — шатко, словно пьяный — и посмотрел на меня сверху вниз с чем-то страшным во взоре.

— Знаешь что? — Тон стал тише, опаснее. — Может, лучше бы ты не нашла меня. Лучше бы я сдох на той арене, не зная правды. Умер с верой, что где-то там ты моя. Что любишь меня.

Пауза, и губы искривились в горькой, уродливой усмешке.

— Чем жить, зная, что я ждал девушку, которая никогда не была моей. Которая трахалась с фейри, пока я умирал.

Слова резали, как ножи, каждое — глубже предыдущего.

— Джаспер, пожалуйста... — я протянула руку к нему, умоляя. — Не говори так. Я люблю тебя. Просто... не так, как нужно. Не как мужчину. Но я люблю! Ты мой дом, моя семья...

— Я не хочу быть твоим домом! — крик вырвался яростный, разбитый. — Не хочу быть братом! Не хочу твоей жалости!

Он развернулся к Лису, и в карих глазах полыхала чистая, абсолютная ненависть.

— Она твоя, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Забирай. Живи с ней. Трахай её. Ставь свои гребаные метки.

Мгновение тишины, и слова стали жёстче.

— Но знай, фейри: каждый раз, когда будешь касаться её, вспоминай — ты украл её. Не завоевал, не заслужил. Украл магией, что она не могла контролировать.

Лис шагнул вперёд, и серебряные глаза опасно полыхнули.

— Я не крал, — фраза прозвучала тихо, но в ней звучала сталь. — Метка не появляется по желанию. Она находит. И если бы твоя душа была её отражением — метки бы не никогда не появилась.

Секунда молчания, и кривая улыбка стала холодной.

— Так что не вини меня в том, что она выбрала огонь вместо твоей безопасной клетки, которую ты называл любовью.

Джаспер дёрнулся вперёд, но Вейрон перехватил его снова — крепче на этот раз.