Книга Деревенская знахарка. Второй шанс Анны, страница 49 – Мария Лунёва

С этими словами двинулась к двери. Со стороны большой кровати раздался сдавленный кашель. Замерев, я прислушалась. Еще не хватало, чтобы мужа лихорадка взяла. Тут же, кроме снадобий, его и лечить нечем.

... На роднике оказалось неожиданно людно. Несколько женщин с санями, как и я, пришли набрать воду. Заметив меня, они зашушукались. Нехорошо как-то. Ярик, надвинув шапку на лоб, недовольно нахмурился.

Остановившись чуть в стороне, решила сначала посмотреть, как у них тут все.

Та же широкая доска, брошенная на землю и частично погруженная в снег. По ней девушки, что полегче, проходили к незамерзшему краю и набирали воду, но не ковшом, как Ярик, а сразу ведром зачерпывали.

Видимо, там приличная глубина — мелькнула мысль.

Дальше по той же дощечке они возвращались и передавали ведро, беря новое.

Вроде и несложно, но чувство баланса все же иметь нужно.

— Ты, мам, не бойся, если что — я сам, — зашептал сынок.

— Чтобы я тебя там не видела! — шикнула в ответ. — Опасно. Вот поэтому и брать не хотела, чтобы и соблазна не было.

— Ну я же не маленький, — он упрямо вздернул нос.

— Я тебе все сказала, — во мне проснулась строгость. — Нельзя!

Взяв первое ведро, я направилась к роднику. Девушка, что вернулась по дощечке, взглянула на меня, а после демонстративно спрыгнула на снег, приглашая пройти.

М-да... Кажется, я и здесь не ко двору.

Набрав полную грудь воздуха, я шагнула на импровизированный мостик.

— Надо же, наша деревенская знахарка домашней работой себя озадачивает. Вот новость-то! — раздалось мне в спину. — А тебе, Аннет, водица-то зачем так срочно понадобилась, что сама явилась? Тебя же здесь с сопливых лет никто не видывал.

Не отвечая, я дошла до края и пошатнулась.

— Мама! — раздалось испуганное сзади.

Обернувшись, я пригрозила сыну пальцем.

— Понял, — он тяжело вздохнул и стащил с саней второе ведро.

— А что это, Ярик, твоя мамка проснулась и вдруг вспомнила, что у нее обязанности какие есть?

— Да нет, она, наверное, новый крем для красоты варит, — вторил второй грубый бабий голос. — Оно ж самое важное. Говорят, темного твоего видали. Прознал, что Эрл при смерти, и прибежал. Предатель!

А вот это меня заинтересовало. Я прекрасно поняла, о ком они.

Но Эрл? Выходит, так мужа зовут. Какое красивое имя.

— Ты ответь нам, знахарка: жив еще кузнец наш деревенский? Или сгубила ты Эрла ор Шерта?

Нагнувшись, я зачерпнула воды полное ведро и осторожно развернулась.

Ярик с такой ненавистью смотрел на баб местных. Ну прямо взгляд отца — один в один.

— Жив муж мой, поправляется. А вода нужна, чтобы от лихорадки снадобье сварить. Мало у меня его осталось. Да и чай травяной к обеду запарить не лишним будет. Да, сынок? — я подмигнула ему и пошла по дощечке, не дыша.

Еще не хватало всем на потеху разложиться в грязном снегу.

Поставив на сани полное ведро, взяла у Ярика второе.

— Сейчас домой пойдем, — шепнула ему.

Вернувшись, снова шагнула на мостик.

За спиной молчали. Правда, недолго.

— Говорят, тяжелым Эрл прибыл. Но в военном лекарском доме не остался. Домой рвался. И прямо поправляется уже? — обернувшись, я нашла взглядом полную щекастую бабу — она и вела допрос за всех. — Ты не ври, знахарка. Все знают, как ты к мужу своему относилась. Жаль кузнеца, хороший мужик был.