Книга Когда ночь крадет солнце, страница 82 – Диана Фэйр

Он вошёл резко, одним нетерпеливо грубым движением проникая на всю длину и заставляя мелко задрожать и впиться ногтями в спину. Наверняка это было больно, но мысли путались до того, как я хотела об этом подумать. Былоидеально. Слишком тесно. Жарко. До жгущей рези в груди необходимо.

— Ещё… — прошептала я, сама не зная, о чём прошу.

— Что «ещё»? — он замедлился, почти вышел, заставляя меня всхлипнуть от разочарования. — Говори чётко.

— Хочу… хочу сильнее… — слова вырывались сами, без стыда, без оглядки. — Пожалуйста…

С каждым новым толчком тело отзывалось все сильнее, послушно выгибаясь от каждого касания и даже собственного вдоха. Поцелуй обжег плечо, горячая ладонь накрыла грудь, лениво поглаживая затвердевший сосок, и, когда собственное возбуждение достигло точки невозврата, я невольно застонала прямо в поцелуй.

Он не остановился — продолжал двигаться, пока я рассыпалась в его руках, пока мир вокруг тонул в чужом огне и моем удовольствии. Мужчина замер, стоило мне сжаться особенно сильно от новой вспышки искр перед глазами — глубоко внутри, позволяя ощутить, как горячее тепло разливается во мне и заполняет до предела.

Пар осел на коже каплями. Элиас выдохнул — протяжно, с дрожью — и на мгновение прижался лбом к моему плечу, тяжело дыша. Я гладила его мокрые волосы, чувствуя, как жар в груди пульсирует в унисон его сердцу. Невыносимое притяжение затихало постепенно и крайне неохотно, позволив осознать, что я ни о чем не жалела.

Бытьего оказалось слишком приятно.

— Нам нужно… — пробормотал он наконец, мягкими поцелуями скользя по моей груди.

— Останься, — тут же перебила я, сжимая в пальцах алые пряди. Ласково, осторожно, боясь прогнать то теплое наваждение, которое дарила близость мужчины. — Я не уйду, и ты — тоже.

Ифрит замер, долго смотрел мне в глаза, пытаясь найти подвох, пока вода из открытого крана уже вовсю лилась на пол. Мир сузился до стука чужого сердца и молчаливого понимания, что что-то между нами окончательно изменилось.

— Элиас, — я закусила губу, неуверенно скользнув кончиками пальцев по его щеке. Мужчина дрогнул, но уголки губ приподнялись в едва заметной улыбке. — Я…

Пауза. Тишина, наполненная страхом, затаенной надеждой и признанием вынужденной слабости. Его ласковый взгляд. Мягкий поцелуй в искусанные губы.

— Кроха, ты…

До безумия страшно. А если он не спал? Если слышал?

— Я… тоже чувствую… Нашу связь. Уже давно, — максимально мягко и честно. С закрытыми глазами, чтобы он не заметил, что я вот-вот признаюсь ему. Снова. — А недавно поняла, что и я — твоя.

Имеет ли это еще хоть какой-то смысл?

— С самого начала, — выдохнула я, окончательно признавая поражение, — мой любимый.

Мир не рухнул больше, чем я ожидала. Он в целом не спешил разваливаться на куски, и даже собирался каким-то новым и подозрительно странным образом. Далеко не так, чтобы забыть обо всех проблемах, но достаточно для того, чтобы ифрит назойливо прилип ко мне, а я не стала его отталкивать. Это было слишком приятно. Тепло. Позабыто спокойно.

Его пальцы — горячие, уверенные. Почти вездесущие — скользили по моим волосам, согревали открытую кожу на лопатках, словно нарочно проверяя, действительно ли это не сон. Толпа на центральной улице ничуть не смущала мужчину, и постепенно стала неважна и мне. Даже если снова кто-то станет жертвой мелкого вора, даже если тот худощавый торговец с сальным взглядом снова получит пощечину от жены. Они не менялись.