Книга Королева. Выжить и не свихнуться, страница 73 – Оксана Гринберга

— Помните, мы с вами говорили об ядовитых веществах, о которых писал Фрокасторо? – произнесла я. – Это и есть те самые инфекции, которые можно занести в рану через грязные предметы…

— В его книге речь шла об эпидемиях. Почему вы о них вспомнили?

— Потому что эпидемии здесь ни при чем. Я думаю о стерильных медицинских инструментах… – На самом деле я думала о Роберте. – Все, чем вы будете прикасаться к ранам лорда Дадли – хирургическими инструментами, иголками, чтобы зашить, нитками – не знаю, что вам еще понадобится! – сначала залейте их самым крепким спиртным напитком, который только найдете во дворце. Затем положите в кипящую воду и держите полчаса. – Заметив недоуменный взгляд врача, смилостивилась: – Хорошо, несколько минут! Руки тоже вымойте, причем. с мылом. Считайте, что это приказ!

Другой способ продезинфицировать хирургические инструменты я пока еще не придумала.

— Как скажете, королева, – кивнул врач, решив со мной не спорить.

И правильно делал! После недавнего посещения лондонских больниц, ужаснувшись царящей в них грязи, я твердо решила ввести санитарные нормы в стране, за нарушения которых отбирать у врачей, уличных хирургов и цирюльников лицензии. Заодно навязать дезинфекцию хирургических инструментов с помощью кипячения, потому что от заражений после операций погибало больше народа, чем от отсутствия медицинской помощи.

Когда наконец попала в свою спальню, то обнаружила присланную бутылку виски из запасов шотландской делегации. Горцы прибыли в Лондон, чтобы принести официальные извинения за поведение чертова Джона Нокса!.. А ведь выкрутился же, прислал с посольством слезливое письмо, объясняя, что в антифеминистическом трактате клеймил позором правление герцогини де Гиз и ее дочери Марии Стюарт. В законности же моего царствования он не сомневался ни секунды!

На Совете решили шотландца простить, но сделать внушение, чтобы впредь думал, что писать.

Тем временем Кэти, едва сдерживая слезы, бормоча молитвы, промыла мою внушительную царапину, на которую я позже щедро плеснула алкоголем. Щипет, зараза…

— Придется наложить швы, – известил прибывший Нонниус, после того как осмотрел мою руку.

— Что с лордом Дадли? – спросила я.. Врач прав, порез оказался слишком длинным и глубоким. – Он будет жить?

— Все в руках Господа! – произнес Нонниус, доставая из саквояжа нитки, устрашающих размеров иглу, а также губку и маленький флакончик. Я поморщилась. Заявление не внушало оптимизма. – Его раны не смертельны. Лорд Дадли молод, так что он обязательно поправится.

Так уже намного лучше! Вспомнив о нашем разговоре, указала на ковш с кипящей водой над камином. Дезинфекция! Мне вовсе не улыбалось умереть от заражения крови.

— Что это? – спросила я, указав на странные предметы, когда королевский лекарь вернулся.

— Spongia Somnifera – губка, пропитанная опиумом. Больной вдыхает пары и засыпает на короткое время, за которое врач, если повезет, успеет сделать ему операцию. Вы ведь тоже же читали Парацельса, моя королева!.. Мне придется заняться вашей раной, и я бы не хотел, чтобы вы страдали.

— Вы хотите меня усыпить?!

Общего наркоза здесь знать не знали. Иногда использовали настой из трав, принижающий чувствительность, но в основном принимали алкоголь в большом количестве.