Книга Мама из ниоткуда, страница 72 – Оксана Гринберга

Тут в вагончик вошла бледная, перенервничавшая Наоми, сообщив, что судьи все-таки сперва отправились Братьям Тру-ло-ло, так что наш черед наступит через одну труппу.

И еще, что у нее совсем не осталось сил.

Покачнулась, но мы с Августиной ее подхватили, а затем отправили отлежаться — и все это под хмурым, недовольным взглядом Вейна. После чего, выдав владельцу цирка самую любезную из своих улыбок — или же это был оскал? — я подхватила шляпу и пошла собирать монетки с толпы, выполняя обязанности Наоми.

Пока Шоган показывал чудеса человеческой силы и свои сверхспособности, в шляпу упало заодно и несколько купюр, а самую крупную кто-то из толпы попытался засунуть мне в вырез циркового наряда. При этом намекнул, что я получу намного больше, если после выступления прогуляюсь с ним до меблированных комнат госпожи Лоргат, что на улице Славы Тарии, 23.

Выдавив из себя улыбку, вернула ему купюру, заявив, что он перепутал циркачей с продажными девицами, и ему совсем в другое место. Не сказала, куда именно, хотя мне очень этого хотелось.

Собирала бы и дальше деньги, но тут рядом с нашими вагончиками появилось долгожданное жюри, и Вейн отобрал у меня шляпу. Рявкнул, что мне пора готовиться к выступлению, а шляпу всучил бледной Наоми, все же поднявшейся с постели. Еще ей и заявил, что не время разлеживаться и строить из себя больную!

Я нахмурилась, но спорить не стала — насчет времени Вейн не ошибся, пришел черед показать наши лучшие номера. Быстро окинула взглядом судей — нет, среди них не было Маркуса ДерХарра!

Разглядела градоначальника Пайсы — судя по всему, им оказался высокий и грузный обладатель пышных усов, господин Джефри Деннис. Он вполне благодушно оценил мой акробатический номер — потому что Вейн выпустил меня на сцену первой. Градоначальник хлопал с энтузиазмом, затем, наклонившись, что-то зашептал на ухо высокому и худому мужчине, в лице которого, пусть и с трудом, но я все-таки нашла сходство с Маркусом ДерХарром.

Третьим из судейского жюри был подвижный тип, которому едва удавалось устоять на одном месте. Мне казалось, что он был готов кинуться к нам и занять место на сцене. Скорее всего, потому что и сам когда-то был циркачом…

Оказалось, жонглером, поэтому Вейн, не дав мне перевести дух, сразу же послал меня на сцену еще раз. Но уже с кольцами и булавами.

Ассистировал мне сам, а затем уже я помогала ему, на этот раз не перепутав ни шляпы, ни клетки, из которой исчезло несколько голубей Августины, чтобы потом «найтись» в тайном отделении.

Но судьи все не уходили, и Вейн, чтобы разрядить обстановку, выпустил на сцену «сладкую парочку» — Иссу и Августину, разыгрывавших супругов, постоянно терявших своих собачек, которые с громким лаем носились за ними следом, вцепляясь зубами в их одежду на потеху публики.

Наконец, посмотрев еще и номер Шогана, судьи пошли дальше, а я со вздохом опустилась на ступени «мужского» вагончика. Закрыла глаза и вытянула уставшие ноги, чувствуя себя полностью опустошенной.

Сколько раз за этот вечер я повторила свои выступления? Четыре, пять раз, а то и больше… Сделала все, что было в моих силах, и теперь оставалось лишь ждать, когда судьи обойдут оставшиеся труппы, после чего вынесут свой вердикт.

Примерно полчаса, решила я. Быть может, чуть больше.