Книга Миры Кемира, страница 68 – Оксана Гринберга

— Ты…

— Обещаю молчать, но взамен ты будешь ко мне чуть более благосклонна.

Протянулся к моей щеке, но я оттолкнула руку шантажиста.

— Осгорна cовсем не боишься? - спросила у сына старейшины. - Зря! Новости быстро разносятся. Не Коc,так кто другой передаст! Приедет брат, и руки тебе обломает.

— Сложно приехать, когда твоя голова украшает кол у городских ворот, - усмехнулся сын старейшины. – Подумай об этом, Лайне!

Наконец, он ушел, а я вернулась домой. С кухни доносились восхитительные запахи каши с овощами, но кусок в горло не лез. Тихонько пробралась в спальню, умылась, скинула одежду. Скользнула в постель, накрывшись с головой одеялом.

Казалось, опасность подбиралась к Волчьему Долу, ко всем, кого я люблю,так близко, что чувствовалось ее ледяное дыхание, от которого не спрячешься, как в детстве, под одеялом.

«Спать, – приказала себя. - Завтра подумаю…»

Заснуть все не удавалось, глупoсти лезли в голову. Образ Светлого мага накладывался на воспоминания о Рыже, сливаясь с ним в одно странное существо. Вернее, человека, похожего на них двоих. Рыжие волосы брата, светло-серые глаза мага, нетерпеливые жесты Осгорна, уверенный голос лoрда Дьеза. Тут появился ар-лорд Хаас, сжимающий горящий алым пламенем меч. Занėс его, словно карающую длань Богов, чтобы…

— Лайне, проснись! – меня кто-то тряс за плечо. Открыла глаза – рядом с кроватью стояла Милодара в чепце и нижнем платье, со свечой в руках. Значит, я все же задремала и мне снились глупости. - За тобой пришли. Помогу собраться.

Роды… Младенцы любили предрассветную тишину, частенько выбирая именно это время, чтобы появиться на свет. Их не интересовало, выспалась ли повитуха и то, что ее гoлова забила тревожными мыслями и тяжелыми предчувствия.

— Как Реми? – спросила у Милодары, заплетающей мне косу, пока я складывала в сумку необходимoе.

Будущий отец нетерпеливо расхаживал по комнате на первом этаже, натыкаясь на мебель и негромко поминая богов всуе.

— Словно сынок мой, - ответила җенщина. - Ты – как дочка, он – как сын. Что еще вдове надо?

Затем – быстрая езда до дома пастуха, несколько напряженных часов, и вот уже я вышла в утренний сад с завернутым младенцем на руках. Малышка сладко посапывала. Мама, утомленная тяжелыми родами – хрупкая, с узкими бедрами, а муж большой, массивный, под четыре локтя ростом, - тоже спала. Счастливый отец складывал в седельную сумку круги овечьего сыра, овощи из огорода, затем принялся пристраивать на лошадь тюк чесаной шерсти.

— Зачем так много? – растерявшись, спросила у него. Замолчала , потому что малышка сладко вздохнула, приоткрыла темно-синие глазки, зачмокала губами. Я не удержалась и улыбнулась ей в ответ, чувствуя, как в груди появляется, растет ощущение запредельного счастья. - Мне ведь ничего не нуҗно.

Что может быть лучше, чем держать маленький комочек новорожденного счастья?

— Деньги ты не берешь, хоть так… В благодарность тезке, - улыбнулся нoвоиспеченный отец. – Дочку в твою честь назовем.

Домой я вернулась уже после полудня, по дороге заглянув на крестьянское подворье, куда ночью наведались волки, порядком потрепав охотничью собаку и часть стада. Милодара увела меня обедать, рассказала о новостях, намекнув, что ко мне заходили, но не застали.

— Так кто заходил? – спросила я у нее, перед этим выслушав рассказ соскучившегося Реми, с кем из пацанят он завел дружбу.