Книга Девушка из книжного переулка, страница 96 – Анна Либерти

Мама, расплываясь в улыбке, появилась в самый неподходящий момент, так что теперь он мог не волноваться, что перед его носом хлопнут дверью. И всё же Аня не собиралась сдаваться так просто.

— Кто тебя приглашал? – громко проговорила она, стараясь заглушить радостные причитания матери.

— Я пригласила Марка к нам праздновать. А что в этом такого?

Аня не обратила внимания на её слова, а лишь продолжала не отрываясь строго смотреть в его холодно-голубые глаза, но он так и не нашёлся что ей ответить.

— Не важно, – наконец бросила она, освобождая путь.

Пока Марк снимал куртку, отдавал набитые продуктами сумки и выслушивал благодарности, Аня молча наблюдала за ним со стороны. Лишь когда мама наконец скрылась в дверях кухни и они остались одни, Марк первым решил заговорить:

— Ты не знала?

— Как видишь! – огрызнулась Аня и развернулась, намереваясь уйти.

— Постой! – Он опустил руку ей на плечо. – Я правда не знал. Если хочешь, я могу уйти. Я подумал, что ты…

— Что я тебя уже простила? Думаешь, я смогу так легко забыть твои слова? Не нужно оправдываться. – Она гневно посмотрела на его пальцы, всё ещё лежавшие на её плече.

Перехватив взгляд, Марк поспешил убрать руку.

— Постарайся не трогать меня сегодня, ладно? – чуть спокойнее проговорила Аня, явно давая понять, что её слова стоит воспринимать двусмысленно.

Весь вечер они пытались делать вид, будто ничего не произошло, но их актёрская игра была далека от идеала. Родители Ани быстро заподозрили неладное и всеми силами старались разрядить обстановку, но из-за этого всё становилось только хуже.

— Этот год подарил нам много хороших событий, – отец, держа в руке бокал шампанского, поднялся, чтобы произнести тост, и с улыбкой взглянул на дочь. – Особенно, Анют, у тебя большие достижения. Первая крупная выставка, в мастерской дела идут в гору. Ваше с Марком общее дело развивается и уже приносит свои плоды.

Марк опасливо посмотрела на Аню. Она сидела, словно бледная тень, и не сводила задумчивого взгляда с бокала, зажатого в тонких пальцах. Хотя внешне казалось, что всё в порядке, он видел то, чего не видели остальные. Еле заметные движения, дыхание и взгляд – её можно было читать как книгу.

Подобные слова звучали часто. Их, словно близнецов, всегда воспринимали как единое целое. Ко всему, что касалось Ани, обязательно приписывали и Марка. Но если раньше такое внимание к его персоне воспринималось не больше, чем простая симпатия к другу со стороны родителей, то теперь эти слова приобрели для неё совершенно иную окраску. Они лишь ещё раз подтверждали, что, как бы она ни старалась доказать им, каких бы высоких результатов ни достигала, её вклад в это всегда оставался незамеченным. Ведь теперь все были уверены в её беспомощности.

— Да, пап, если бы мой хороший друг, – сделав акцент на последних словах, она многозначительно посмотрела на Марка, – не сидел со мной целыми днями в мастерской, старательно следя, чтобы на меня не свалился мольберт или я не поранилась о кисть, я бы ничего не смогла достичь.

Аня знала, какую реакцию её слова вызовут у родителей: растерянный взгляд отца и удивлённый матери, который быстро перерос в неодобрительный, но ей надоело молчать. Соответствующие замечания не заставили себя долго ждать: