Книга Кайкейи, страница 144 – Вайшнави Патель

Но в этом году наши караваны возвращались с пустыми руками, с рассказами о неприветливых стражниках и лесных чудовищах. Впрочем, у меня не было времени размышлять об этом: положение дома было ужасным.

Однажды утром, когда я готовилась к очередному заседанию Мантри Паришада, меня заставил вздрогнуть тихий стук. Мантхара пошла отворить, а затем быстро появилась снова.

— Тебе нужно выйти.

Я вышла за ней в прихожую, все еще держа в руке ожерелье, и увидела Ситу. Она сидела на табурете, опустив уголки рта и дрожа так, словно готова была расплакаться.

— Сита? – воскликнула я, пораженная ее расстроенным видом. – Что случилось?

Она подняла голову, и я увидела темные тени у нее под глазами.

Дрожащими руками она убрала волосы с лица.

— Что случилось? – снова спросила я. – Ты больна?

Она покачала головой, и ее взгляд метнулся к Мантхаре. Я даже не успела оглянуться, как Мантхара пробормотала какое-то извинение и тихонько вышла из комнаты. Конечно, я расскажу ей обо всем позже, но сейчас главное, чтобы Сита чувствовала себя свободно.

— Мне кажется, я схожу с ума, – прошептала Сита. – Или меня кто-то проклял. Я не знала, к кому еще с этим пойти, но вспомнила наш разговор у конюшни и подумала… – Она поднялась, и табурет с грохотом упал. – Я поступила глупо. Это была ошибка.

— В чем дело? – Я вошла в Плоскость Связи и послала по нашей серебряной нити слова утешения. – Ты можешь рассказать мне все.

— Когда мы разговаривали в тот день, ты сказала, что боги никогда не откликаются на твои молитвы.

— Это правда, – сказала я. – А тебе что-то нужно? Если боги не отвечают…

— Боги отвечают, – прошептала Сита. – Или, вернее, они обращаются ко мне, потому что сама я не задавала им никаких вопросов.

Этого я не ожидала.

— Что… что ты имеешь в виду?

— Несколько дней назад мы с Рамой поссорились. Он сказал, что видел, как жена перечит мужу на людях, и надеется, что я никогда так не поступлю. Я ответила, что не стану перечить ему на людях, если он не будет говорить ничего такого, на что мне захочется возразить. Это была почти шутка.

При этих словах я негромко рассмеялась, и у Ситы тоже приподнялись уголки губ. Я вполне могла представить, как говорю нечто подобное Дашаратху.

— В ту ночь мне приснилась богиня Лакшми. Она сказала, что моему мужу суждено быть великим и что моя первая задача – поддерживать его. Сказала, что это принесет мне великое процветание. Я думала, что это просто сон, но в конце она протянула мне золотую монету, и когда я проснулась…

Сита сунула руку под блузу и протянула мне золотой кружочек. Он не был похож ни на одну монету, что я когда-нибудь видела, – идеально круглый и гладкий, украшенный восьмиконечной звездой.

Я проглотила комок, тщательно обдумывая свой ответ, прежде чем заговорить.

— Это очень странно. Но, говоря между нами, боги и ко мне обращались раз или два. – Я вспомнила невыносимый жар Агни и свой сон о Сарасвати. Хотя тот сон не был похож на этот: богиня тогда не явилась ко мне сама и не оставила никакого знака. И все же я добавила: – Не думаю, что тут есть о чем беспокоиться.

— Не только она, – сказала Сита. – Прошлой ночью мне приснилась Парвати. Сказала, что без моей помощи у Рамы ничего не выйдет. А взамен, сказала она, мои наследники много поколений будут править царством. Когда я проснулась, у меня в руке был цветущий лотос. Но я не понимаю, почему они приходят ко мне и говорят такое.