Книга Поднебесный дворец, страница 16 – Филиппа Райс

— Да и ладно, – ответил контрабасист, покачивая в такт головой.

Ивни едва не оглушил рев невероятно длинной тубы, обвившейся вокруг женщины, лежащей на тахте в дальнем углу комнаты.

— На то мы и худшие музыканты во Дворце, – нараспев произнесла женщина, толком не вынув изо рта мундштук, поэтому голос ее прозвучал скрипуче и отозвался эхом.

— Я так или иначе не хотел никуда ехать, – снова качнул головой контрабасист.

— И я не хотел, – поддакнул лирист.

Ивни кивнула им в знак приветствия, поаплодировала и вышла из комнаты. Она забыла, в какую сторону шла. Коридор то и дело разветвлялся, повсюду высились высокие стены и двери. Ивни заметила картину с грозной тигриной мордой и вспомнила, что двигалась по направлению к ней. Она продолжила свой путь. Из комнат по-прежнему доносились странные звуки. Грохот, крики, пение, смех.

С тех пор как Ивни покинула дом Бабуси, ей не терпелось оказаться в новом месте, исследовать его в одиночку. Перемены манили ее. Но теперь, когда она попала сюда, ее уже ничто не радовало. Стало не до веселья. Она вновь почувствовала себя десятилетней девочкой, блуждающей по Болотону в поисках «Сорочьего гнезда». Ее деревня была уничтожена. Родные погибли. Из знакомых осталась только Бабуся, бывавшая в деревне наездами, чтобы закупить товаров на продажу. Ивни не надеялась, что Бабуся проявит к ней милосердие. Никогда прежде она не чувствовала себя такой потерянной.

Ивни отогнала воспоминания.

Одна статуя как будто шевельнулась, когда девушка прошла мимо. Ивни свернула за угол, затем еще раз. Ее преследовал какой-то свист. Впереди на стене висел ящик со стеклянной дверцей. Когда Ивни приблизилась, внутри зажегся свет и что-то выпало. Маленькая карточка. Сквозь стекло Ивни увидела на карточке свое имя. Оглянулась. «Это для меня?» – подумала она. Открыла дверцу и достала карточку. На твердой бумаге зелеными чернилами действительно было выведено ее имя. А на другой стороне написано изящным убористым почерком:

Ты свернула не туда. Вернись к белому коту и поверни налево.

Ивни перечитала записку несколько раз. Осмотрелась. Кто-то за ней следил. Она пошла обратно тем же путем, озираясь в поисках кота. Который и вправду вскоре нашелся. Громадный фарфоровый котяра сидел на полке, тараща желтые глазищи. Вдруг он моргнул, и Ивни подпрыгнула от неожиданности. По совету в записке она повернула налево и поспешила по новому коридору. Там было душно и дымно. За открытой дверью мерцало, искрилось рыжее пламя. На стенах плясали тени. Из прохода появилась девушка, одной рукой волоча за собой сервировочный столик на колесиках. Девушка что-то напевала на ходу. Ее длинные волосы развевались из стороны в сторону. Столик, доверху заваленный туфлями, покачивался в такт.

В конце коридора высилась каменная статуя короля. Какого-то конкретного? Ивни сверилась с планом, чтобы понять, куда идти дальше. Подняв глаза, она увидела, что каменный король указывает рукой направо. В конце коридора вдруг затрезвонил настенный вокофон. Девушка со столиком остановилась, сняла трубку.

— Ау? Кто это? – Она дождалась ответа. – Ой, а я-то сдуру подумала, что ты мне звонишь. Как проходит вечер? Когда они уезжают, всегда непривычно. Слишком тихо. – Девушка умолкла, слушая собеседника. Перестала улыбаться и закатила глаза. – Ну ладно, сейчас поищу.