Книга Когда имеешь дело с драконами, страница 32 – Дана Свифт

Доктор Уолш крепче сжимает руль.

— Даже если золотые драконы больше не существуют, я твердо намерен оставить эту цифру свободной. Как дань памяти произошедшей трагедии и напоминание о причинах, которые к ней привели.

Миссис Уолш оказалась права: его непоколебимый оптимизм не поддается сомнению, а голос звучит ровно.

Следующий час я только и делаю, что киваю, слушая, как доктор Уолш говорит о своем бизнесе и перечисляет клиентов. Среди них соседи, разводящие скот; всадники с личными ящерами и горожане, посвятившие себя тренировкам, разведению или гонкам драконов. Некоторые, как мой отец или семья Мур с их аукционным домом, успешно совмещают все три направления. Фаррен время от времени вносит уточнения или добавляет интересные факты. При этом она совершенно не проявляет своей обычной враждебности. Я же просто сижу, стараясь не прикасаться к ней, и впитываю каждое слово.

За окном зелень постепенно уступает место металлу. Поначалу это едва уловимо: каменные стены домов, ворота и уличные знаки содержат железо и олово, украшающие каждый уголок.

Далее перед нами предстает стена – монументальное укрепленное металлом каменное сооружение, которое некогда служило щитом старому центру Форсена. Возведенная для защиты от драконов и прочих угроз до того, как наши предки освоили ремесло, она ознаменовала переход человечества от роли жертвы к роли охотника. Спустя века мы научились использовать спринтеров и другие виды для передвижения, досуга и даже лечения. Сегодня эта стена представляет собой лишь пережиток прошлого, грань, разделяющую старинный деревянный центр города от раскинувшихся по всей холмистой долине металлических построек. «Металлических» – потому что, несмотря на деревянную или каменную основу, каждый дом теперь облачен в металл, цвет которого соответствует социальному статусу его обитателей. Иначе как еще продемонстрировать свою идентичность, не прибегая к откровенному хвастовству?

Тренировочный центр моего отца сверкает на окраине города. Серебристые постройки, среди которых особняк на вершине холма и стойла для драконов, располагаются вдоль огромного искусственного озера, предназначенного для гонок. Вода призвана смягчить возможные последствия падений. С двенадцати лет это место служило мне тренировочной площадкой. Именно там две недели назад я рухнул с неба вместе с Хортом. Я провел здесь всю свою жизнь, но теперь, ощутив настоящую близость к природе у берегов заповедника Уолш, я вижу, насколько фальшивым и вычурным кажется все, что я знал ранее.

Озеро обрамлено величественными каменными колоннами высотой в пятнадцать метров. Сиденья, высеченные прямо в камне, украшены яркими подушками и готовы принять зрителей. Воздух здесь плотный и спертый, лишенный освежающего морского бриза, который мог бы разогнать эту удушающую духоту.

Внезапно где-то вдалеке раздается рев дракона – звук, одновременно завораживающий и пугающий, из-за чего я толкаю Фаррен, сам не осознавая, насколько сильно вздрагиваю. Когда я вновь выпрямляюсь, она поворачивается, чтобы взглянуть на меня.

— Не ожидал, что так скоро вернешься домой, да?

— Ага… Дом, милый дом.

* * *

Наш путь ведет туда, что в моем окружении называют стойлами, но теперь, увидев амбар Уолшей, я понимаю: это самые настоящие клетки. Перед нами простирается огромная площадка, предназначенная для приземления драконов. Машина вдруг тормозит, и Фаррен врезается в меня. Но мы оба не обращаем на это внимания, потому что наши взгляды прикованы к оранжевому спринтеру, лежащему на земле. Его спина неестественно выгнута, а крылья безжизненно раскинуты по сторонам.