Книга Тысячи испытаний, страница 108 – Тан Ци

— Госпожа, вы еще не оправились от болезни, разве вас не продует в этой беседке?

Придворные служанки переглянулись. Не говоря уж о слугах, такое вопиющие нарушение всех приличий озадачило даже видавшую всякое за последние десять тысяч лет Цзюань Эр. Владычица лазурных птиц разозлилась, сочтя своего гостя невежей. Наверняка тот ведет себя так развязно потому, что зазнался, положившись на благосклонность Лянь Суна. Однако Цзюань Эр, которую борьба за власть научила держать лицо, не позволила себе вспылить. Подавив недовольство, она лишь благостно улыбнулась:

— Благодарю за заботу, молодой господин, все в порядке.

Хотя поведение маленькой Цзу Ти не слишком устраивало Цзюань Эр, оно не нарушало ее замыслов.

Голос владычицы лазурных птиц нельзя было назвать ни доброжелательным, ни холодным. Она лишь спросила, хорошо ли «молодому господину» живется во дворце, нравится ли ему еда и одежда, а затем, словно невзначай, добавила:

— Третий принц и впрямь очень заботится о вас. Я слышала от поваров, что небесная дева Тянь Бу даже дала им список с указанием того, что вам нравится и нет в еде. Говорят, она переписала его с записей самого третьего принца и велела поварам готовить все три приема пищи для вас в соответствии с ним.

Маленькая Цзу Ти многое знала, да и дух старого сандала тоже во всем ей потакал, поэтому она не находила поступок Лянь Суна каким-то особенным. Облокотившись на спинку стула, она спокойно кивнула:

— Да, братец Лянь неплохо ко мне относится.

За ширмой на мгновение воцарилась тишина, затем Цзюань Эр мягко сказала:

— Третий принц всегда жалел слабых и обездоленных. Ваша судьба так горька, неудивительно, что его высочество проникся к вам сочувствием. Не говоря уж о нем, даже у меня при виде вас сегодня сердце защемило от жалости.

Казалось бы, хорошие слова, но почему-то богине света стало неловко. Ее судьба горька, и она достойна жалости? С чего бы?

Цзу Ти на миг растерялась, но тут в голове мелькнула догадка: она вдруг вспомнила, как Тянь Бу тогда обманула владыку Тай Е – помощница Лянь Суна сочинила для нее очень печальную историю. Вот почему.

— Э-э… – Маленькая богиня света быстро перебрала в памяти только что состоявшийся разговор с Цзюань Эр и облизнула губы. – Я… я с детства рос без отца и матери и многим обязан братцу Ляню. Я, конечно, очень… благодарен за его заботу.

Этот ее уже не столь самоуверенный тон наконец удовлетворил Цзюань Эр. Сама прошедшая через подобное, она хорошо знала, чего больше всего стесняются сироты из обедневших семей. Чужой жалости.

Она не считала, что маленькая Цзу Ти, будучи еще ребенком, не представляет угрозы. Этот ребенок был необычайно красив. И к тому же любовь самой Цзюань Эр зародилась как раз в беспечные детские годы.

За эти десять тысяч лет она постоянно следила за Лянь Суном и прекрасно знала всех красавиц, мелькавших во дворце Изначального предела. По ее мнению, те богини не стоили внимания. Но этого недавно появившегося юного господина, к которому Лянь Сун относился с небывалой заботой, она не могла не опасаться.

Размышляя об этом, Цзюань Эр спросила:

— Что вы думаете делать после совершеннолетия?

После совершеннолетия? После совершеннолетия Цзу Ти предстоит сначала выбрать пол – стать богом-мужчиной, а затем, следуя Небесному Пути, посвятить себя защите этого мира. Но об этом не стоит говорить Цзюань Эр, поэтому маленькая богиня света помолчала, а затем выдавила: