Книга Сон наяву, страница 64 – Людмила Ладожская

— История в самом деле ужасная. Но нашлись добрые люди, которые мне помогли. Мне больно и неприятно вспоминать об этом, Мари.

— Я поняла вас, мадемуазель. Простите. Мадам сказала, что вы с графом отправитесь к модистке. Я принесла вам несколько платьем герцогини. Какое пожелаете надеть?

— Пожалуй, вот это поскромнее, – Софи указала на серо-голубое бархатное платье.

— Я помогу вам?

— Мари, я бы хотела побыть немного одна. Справить нужду и перекусить.

— Конечно, мадемуазель. Вот за теми дверями отхожее место. А на столике найдете вино, жаренные креветки, хлеб, масло и фрукты. Я скоро вернусь. Подберу платье к ужину. Дени, сказал, герцог будет к восьми вечера.

— Спасибо Мари.

Когда закрылась дверь, София сняла с себя чепец и проследовала к месту, где должна была стоять ночная ваза. Она открыла дверь и остолбенела.

— Эврика! Почти унитаз!

В маленьком помещении было холоднее, чем в спальне. Из отверстия своего рода трона поддувало, но радовало то, что не надо будет по-детски приседать на горшок, а потом думать, как избавиться от одержимого. Рядом с так называемым унитазом в коробочке лежала стопка нарезанных хлопчатобумажных салфеток.

— Герцог просто молодец! Интересно, что там внизу?

Софи заглянула в дырку средневекового унитаза и громко крикнула. Послышалось эхо. Первый раз за пребывание в XVII- ом веке он спокойно, с удовольствием сходила в туалет. Тазик с чистой водой она нашла у камина. Ополоснула лицо, руки и присела за стол. София особо не была любительницей вина, но сейчас ей очень кстати был бокальчик красного, да еще и в прикуску с креветками. Утолив голод, она подошла к платьям и, взяв то, что ей понравилось. Приставила к себе и подошла к зеркалу. Немного уставшая, но красивая. Она себя такой не помнила. Что в ней изменилось? Софи себя не узнавала. Стук в дверь и просунулась сначала головка Мари, потом и сама, увидев, что новая хозяйка готова одеваться.

— Мадемуазель, я вам помогу. Вам надо раздеться.

— Но…..

Ловкие руки этой худой бесформенной девушки с безликим, но приятным лицом, ловко стащили с Софи платье, потом сорочку. Девушка осталась в лифчике и трусах. Мари вопросительно уставилась на баронессу, в первый раз видя эти элементы туалета.

— Это мое изобретение! – улыбнулась Софи и развела руками. – В корсете бывает неудобно ходить, особенно в дороге, или на охоте…..

Мари все же хотела снять лифчик, но не получалось.

— Я сама, – Софи нервно расстегнула свой единственный бюстгалтер и с сожалением бросила на пол.

— Наверное, это удобно, – Мари поняла, что баронессе не понравилось ее вмешательство. – Но вы идете к модистке. Корсет вам необходим. Поверьте мне, баронесса.

— Хорошо, Мари. Я доверюсь тебе, но это не вздумай выбросить! Можно постирать, – уже мягче сказала Софи.

— Хорошо, мадемуазель.

Через полчаса Софи невозможно было узнать. Платье сидело отлично. Мари стащила у Мадлен серьги и колье с голубыми топазами, которые пришлись как нельзя к месту. Над прической они колдовали вместе, украсив шпильками, усыпанные драгоценными камнями. Со своими сапогами Софи не рассталась, а вот от темно-синей бархатной накидки, подбитой мехом горностая и голубых красивых перчаток, расшитых серебром она не отказалась.

— Мадемуазель, вы само совершенство! – Мари с откровенным восхищением отошла в сторону.