Книга Малая, страница 92 – Алайна Салах

Для чего врать себе самой? Ясно как день, что я в него влюблена. В Севера. Наш секс стал тому новым доказательством. Интим с Родионом никогда не вызывал во мне такую бурю чувств и эмоциональных переживаний.

— Ты стал тем, что повернул мою жизнь на сто восемьдесят градусов, – продолжаю я, звеня от волнения. – Благодаря тебе я вернула себе связь с собой же. Стала лучше понимать, чего мне хочется, и замечать, что многие реакции и внутренние установки – они не мои, а кем-то подброшены. А на деле я совершенно другая… Не хорошая, не прилежная. Я склочная, амбициозная, капризная… Неидеальная, но живая. Именно твоя честность с самим собой и окружающими стали для меня примером…

— Ты слишком хорошо обо мне думаешь, малая, – нахмурившись, перебивает Север. – Я не задавался целью стать твоим проводником в лучшую жизнь. Свои намерения я честно озвучил. Меня интересовал только секс.

— Но это же неправда. Для чего было вести меня в ресторан и давать денег в день нашего знакомства. Или помогать с работой?

Север шумно вздыхает. Словно с раздражением.

— Если бы это был просто секс, тебя бы мало заботило мое удовольствие, продолжаю я, подстегиваемая его молчанием. – За ночь я получила два обалденных оргазма. Это о чем-то да говорит.

— Типичная женская черта – притянуть факты за уши, чтобы доказать свою теорию.

— Не верю, что все, что ты делал лишь для того, чтобы залезть ко мне в трусы, – возражаю я с укором. – Миссия выполнена. Ты со мной переспал, однако до сих пор не выгоняешь из дома.

Усмехнувшись, Север на меня косится.

— Может быть, потому что рассчитываю на прощальный минет.

— Думаешь, я буду против? – Я без стеснения удерживаю его взгляд. Собственная раскованность не перестает удивлять меня саму. – Брать у тебя в рот мне понравилось.

Цвет его радужки заметно темнеет, а рука словно на автомате опускается под одеяло.

Знакомая жаркая вспышка эхом проносится по телу, сконцентрировавшись в животе и щеках.

— И чего ты покраснела? – Медленно оглядев мое лицо, Север откидывает одеяло. Мой взгляд завороженно застывает на внушительной эрекции. – Соси, раз понравилось.

57

— Неохота никуда уходить, – тихо признаюсь я, глядя на полоску света, разделившую стену напополам. – У тебя так спокойно.

— Я тебя не выгоняю.

В ответ я просто улыбаюсь. Не хочется забегать вперед, чтобы не спугнуть то, что есть здесь и сейчас. Я и Север, лежащие в одной кровати. Моя голова покоится на его плече, а он свободной рукой держит сигарету, которую неспешно подносит ко рту, выдувая сладковато-терпкий дым. Сцена, достойная фильма.

— А ты любил своего отца?

— Да, очень.

— Вы были близки?

— До какого-то времени. Лет до семнадцати, наверное.

Я снова улыбаюсь. Трогательно, когда между отцом и сыном имеется крепкая душевная связь.

— А что случилось потом?

— Я уехал из дома. Думаю, я его разочаровал.

— Чем?

— Тем, что пошел по неправильному пути, по его мнению.

Я непроизвольно киваю. Это актуальная проблема, которую мне предстоит в ближайшее время решить. Сообщить папе, мечтающему увидеть меня замужем за Родионом, о том, что этого не случится.

— Когда-то это было моей главной фобией. Разочаровать папу.

— Было? – не без иронии переспрашивает Север.

— Да. Я всегда жила с оглядкой на то, что он думает. Всегда выбирала его, сколько себя помню. А теперь даже не знаю, принадлежали ли мне когда-то мои желания. Хотела ли я в действительности поступать в вуз и быть стилистом. Правильно ли я сделала, что перестала общаться с мамой. И много чего еще.