Книга Мама поневоле, страница 12 – Слава Доронина

Одетый в черный классический костюм названный Миша по габаритам был похож на того Кинг-Конга на входе, словно их клонировали. Здоровяк покинул комнату в ту же секунду, закрыв за собой дверь, а я, сглотнув нервный ком, подняла на Алину недоуменный взгляд. Вся эта обстановка и напряженная атмосфера, которая только сейчас стала мне сильно осязаема, вдруг вызвала у меня странные ощущения. Мы стояли с Алиной разнаряженные, как рождественские елки, и разукрашенные, словно куклы на продажу… С этим местом, определенно, было что-то не так. Точнее я сразу поняла, что с этим местом что-то не так, но именно в этот момент лишилась всяких иллюзий на этот счет.

Я опасливо озиралась по сторонам и, сосредоточив глаза на мужчине с залысиной на голове, перевела неуверенный взгляд на дверь, мечтая оказаться с другой стороны, как и Кинг-Конг по имени Миша. Алина говорила, что познакомит меня с роскошным и представительным мужчиной? Только вот тот, что стоял напротив нас больше походил на бандита из лихих девяностых или на Игната, партнера моего погибшего мужа, который разводил меня на деньги и интим.

— Девочка моя, не представишь нас?

Лысый бугай сверкнул на меня горящими и похотливыми глазами, а меня пробрало холодом до костей от взгляда его черных глаз.

— Да, Родион, конечно. Это Ксюша, моя подруга, – елейным голосом произнесла Алина, обнимая меня за талию, она стелилась перед мужчиной, едва ли не ковровой дорожкой.

— Ну, проходите, присаживайтесь, Ксюша.

Он жестом руки пригласил нас присесть на диван. Я только сейчас заметила жалюзи на стенах вместо обоев. Неужели это были огромные окна в пол? Но зачем они были необходимы в вип-комнате? Чтобы наблюдать вечерние городские пейзажи?

Присев на край дивана, я приняла из рук Демьяненко бокал с шампанским и продолжила изучать интерьер. В углу стоял еще один большой кожаный диван, два кресла и стол. Тот, за которым мы расположились – на нем стояли закуски и шампанское в ведерке со льдом.

— Расскажите о себе, Ксюша, вы очень напряжены… Расслабьтесь. Сделайте глоток, – он кивнул в сторону фужера. – Это всего лишь вип-комната, чтобы спрятаться от шума и назойливого внимания других людей. В моем положении это своего рода норма поведения. Я не привык выставлять свою жизнь напоказ. Исключение может составить разве что Алиночка.

— Я… мне нечего рассказать... Я домохозяйка. И...

— Родион, ну ты же видишь, что она смущена. Дай ей немного привыкнуть к новой обстановке. Пей, Ксюш.

Алина кивнула на бокал в моих руках и улыбнулась мне своей приторной улыбкой, от которой мне уже давно стало не по себе. Никогда не любила притворства, и сейчас я чувствовала фальшь в каждом ее слове и действии.

У меня и в самом деле пересохло в горле от волнения. Сделав глоток, и потом ещё один, я в итоге допила вкусный и сладкий напиток и поставила фужер на стол. Вставать и сбегать от этой парочки было бы весьма глупо, я решила, что десяти минут вежливой беседы будет вполне достаточно, а потом скажу, что мне пора уходить и покину комнату, потому что заводить «знакомства» ни с какими респектабельными женихами Алины я не собиралась. Неизвестно еще, зачем они меня сюда пригласили...

— Все в порядке, но я действительно чувствую себя немного не в своей тарелке.