Книга Любовь не продаётся, страница 42 – Слава Доронина

Теперь же я успокоился и мог спокойно посмотреть на всю эту ситуацию будто бы со стороны. Два дня прошло, как я вернулся в родной город, а чувство такое, что успел за это время прожить целую жизнь. Испытал всю гамму чувств. Иной раз столько и за месяц не наберётся.

Мимо меня прошли два человека в белых халатах, а спустя время Женю вывезли на каталке из приемного отделения.

Мне выдали ее вещи. Объяснили, что у нее сильная потеря крови и болевой шок какой-то там степени. Я слушал в пол уха, думая о том, как все-таки нелепо все вышло.

— Куда вы ее везете? — уточнил я, предполагая, что в операционную.

Опасения подтвердились. Один из врачей — женщина с добрыми большими глазами как у Жени заверила, что все будет хорошо, но я не испытал в том уверенности.

— Мы наложим шов, вероятно, были повреждены сухожилия. Потребуется переливание крови, — сказала она. — Вы… муж? — окинула меня оценивающим взглядом.

— Жених, — снова соврал я, нервно потирая ладони.

Когда Женя придет в себя мне необходимо к ней попасть и поговорить. А жених — весомый аргумент, не так ли? Так и подмывало хорошенечко ее встряхнуть, чтобы в голове у нее все встало на место, и она на остаток жизни запомнила, что связываться с отморозками и лезть на рожон — самое последнее дело.

Но и без того ей сейчас было несладко.

— Узнавайте в регистратуре о ее состоянии через пару часов, — ответила женщина и скрылась из виду.

А я устало опустился на стул, держа в руках маленький рюкзак девушки, перепачканный ее кровью. Я не в состоянии был двинуться с места, но следовало перевести дух и возвращаться в машину, позвонить Эндару. Узнать, что там с этими отморозками. Сам лично изувечил бы каждого.

Но Эндар позвонил первым. Я уже шел по дороге к машине. На улице становилось светло, яркая полоска обагрила горизонт в красный цвет, а я еще даже не ложился и не был уверен, что усну. По крайней мере, пока не узнаю, что с девушкой все хорошо, а ее жизни ничего не угрожало. Давно на сердце не было так тяжело и одновременно легко. Чувство было похожее на то, как будто я парил в воздухе с большим грузом за спиной, взмахивал крыльями, чтобы воспарить выше, но вот этот самый груз тянул к земле. И лететь получалось не так-то легко, но ощущение полета и свободы было все таким же неимоверно захватывающим.

— Артём! — послышался обеспокоенный голос в трубке, а я невольно вспомнил об отце. — Ты где? Что случилось?

Наверно, он бы с такой же заботой и участием в голосе со мной сейчас говорил. Но прогнав все мысли о прошлом и родителях прочь, взял себя в руки.

— Ничего, все живы, — отозвался я. — Те отморозки, на которых вчера тебе жаловалась Женя — твоя танцовщица из клуба — это я был тем человеком, что помог ей и маленькому мальчику. А сегодня эти подонки, видимо, снова пришли в клуб. Меня признали. С ножом начали кидаться.

— А Женя? Охрана доложила мне, что девушка была ранена, а ты говоришь, что нападали на тебя? — по интонации голоса я понял, что Эндар в замешательстве и сильно взволнован. — Позвонил Артур, сказал, что Женя набрала ему, просила, чтобы он брал ребят и бежал на парковку, на друга Эндара напали какие-то мужчины с оружием. Те уже прибежали и скрутили их по факту. Видимо ты, сам их раскидал к тому времени? Но с Женей что? Ее задело? Она зачем ввязалась? Вы где?