Книга Маленькая скандальная история, страница 95 – Алайна Салах

Если с первой частью я готова согласиться в том смысле, что нужно уметь наслаждаться жизнью, даже находясь в одиночестве, то со вторым утверждением бы круто поспорила. Все же жизнь становится намного приятнее и проще, когда знаешь, что рядом есть тот, на кого опереться в моменты слабости, и кто в любой момент готов и хочет тебя обнять. Да и регулярный секс, опять же. Откуда он возьмется у тех, кому для счастья второй не нужен? Наполненная и гармоничная женщина в моем воображении никак не рисуется с дымящимся вибратором. А скакать от одного партнера к другому в свои тридцать уже не хочется, да и брезгливо.

Отсюда делаю вывод, что люди детородного возраста, на каждому углу трубящие о том, как они охрененно счастливы годами живя одни, либо врут на публику, либо самим себе, а не деле же отчаялись найти достойного партнера.

Разобрав дорожную сумку и запихнув белье в стирку, я по привычке ложусь перед телевизором. Телефон, за отсутствием былой востребованности, остается лежать в коридоре. С мамой я успела поговорить дорогой, с Олесей тоже.

Передача, посвященная расследованию нашумевших катастроф, затягивает с первых секунд и не отпускает до момента финальных титров. То, что легко сумела переключить внимание с душевных мук на что-то иное, я расцениваю как маленькую победу над собой и зависимостью от Антона. Хочется верить, что это лишь первый шаг к освобождению, и дальше будет больше и круче. Возможно, и не зря я наступила на эти грабли повторно. Вместо того, чтобы мучиться незакрытым гештальтом и идеализировать образ экс-любовника, со временем я сумею осознанно от него отказаться в силу непомерного разочарования.

От этих мыслей даже поднимается настроение и просыпается аппетит. Поставив видео на паузу, я шлепаю на кухню, чтобы как следует выпотрошить холодильник. Правда стоит руке коснуться вожделенного ломтя сыра, в дверь звонят.

Внутри все екает и падает одновременно. Потому что это точно он. Потому что события идут по зацикленному кругу.

Придав лицу непреклонное выражение, я иду открывать. Я бы хотела сказать, что помимо желания поскорее выставить Антона вон, ничего не испытываю, но это было бы враньем. Есть и обида на него и волнение, и любопытство, и злость, и даже легкое ожидание. А вдруг ему удастся сказать что-то, что сумеет его оправдать?

— Привет. — Нахмурившись, Антон дергает челюстью. — Поговорим?

— О чем? — сухо уточняю я и машинально скрещиваю руки на груди, занимая оборонительную позицию.

— Почему ты меня заблокировала, еще и послав предварительно?

— Ты смеешься? — Я саркастично фыркаю. — Считаешь, что не заслужил?

Шумно вздохнув, он задирает голову к потолку и трет лицо. Мол, что с тобой сложно-то так? С вами со всеми?

— Ксюш, у меня сейчас довольно трудный период, и я немного не в себе. Каждый день с утра до вечера на меня льется поток обвинений и ненависти. Вероника то плачет, то набрасывается на меня с кулаками… У любого нервы сдадут.

Я непроизвольно отшагиваю назад, чтобы не дать этим далеко не новым оправданиям себя поколебать. Хотя про сдавшие нервы Антон вряд ли преувеличивает, потому что после виртуального столкновения с его женой меня и саму прилично трясло.

— А со стороны все выглядит так, будто все что тебя заботит — это ты сам. Именно так ты себя ведешь. Когда ты фактически послал меня разгребаться с угрозами твоей жены одной — чего ждал в ответ? Что я снова буду безропотно отрабатывать роль влагостойкой жилетки, пока ты ищешь лазейку с вернуться к ней?