Книга Маленькая скандальная история, страница 52 – Алайна Салах

Видишь? Сплошные плюсы, Ксю, — саркастично произношу я вслух. — И наконец можно перестать готовить.

Хотя тут я пожалуй немного кривлю душой. Готовить для Антона мне нравилось, а запах еды придавал квартире уюта.

Допив один бокал, я тянусь за вторым, предварительно пообещав себе не спиться ни при каком раскладе. Подношу ледяной совиньон к губам, но проглотить не успеваю, потому что в дверь раздается звонок.

От этого звука внутри ничего не екает — лишь появляется раздражение от того, что кто-то посмел нарушить мою алкогольную идиллию. Секунд через десять выясняется, что этим кем-то является Антон, стоящий на пороге с огромным цветочным веником и усталостью в глазах.

— Привет, — его взгляд напряженно скользит по моему лицу. — Пустишь? Или я теперь в черном списке?

От него на расстоянии разит уязвимостью, отчего моя внутренняя сука сучнеет во стократ.

По-сучьи вздернув бровь, я холодно роняю:

— Раз пришел — проходи.

Цветы забираю и, не оборачиваясь, шествую на кухню, чтобы поставить их в вазу. Бедные пионы не виноваты, что купивший их человек — козел, умеющий с такой легкостью исчезать.

— Злишься на меня? — Антон подходит сзади, пока я агрессивно кромсаю кончики стеблей в раковину.

— Ты пропал на двое суток, не удосужившись хоть как-то это объяснить, — чеканю я. — Сам-то как думаешь?

— Мне нужно было время. Прости, если пришлось волноваться.

— И что? Время помогло?

— Вполне. Мы с женой поговорили.

Моя рука с ножницами замирает в воздухе. Я не ослышалась? Разговор все-таки состоялся?

— И… как? — мой голос невольно садится.

— Нам еще есть, что обсудить, но главное я сказал.

Правильная злость куда-то улетучивается, замещаясь внезапной робостью и растерянностью. То есть, Антон теперь свободен? Вот так просто?

От перемен, забрезживших на горизонте, начинает слегка кружится голова. Нет, я точно не верила, что он решится. И действительно не была готова, что в один прекрасный день Антон окажется в полном моем распоряжении. Эйфории не появилось, а вот страх перед новым этапом жизни определенно назревает.

— И как ты? — осторожно спрашиваю я, поворачиваясь.

— Нормально. — Антон пожимает плечами. — Можно обниму?

Грудь стремительно наполняется нежностью к нему и желанием поддержать. Ну что ты за сука такая, Ксюш? Человек всю свою жизнь ради тебя меняет, а ты из-за двухдневного простоя его в чем только не обвинила.

— Конечно, — бросив ножницы, я обвиваю его шею обеими руками.

Антон прижимается лбом к моему плечу и глубоко дышит. Кажется, словно вдыхать мой запах — его необходимость.

Может быть, поэтому я так к нему привязалась? Из-за умения быть уязвимым. Я так, как он не могу. Даже когда Арсен меня бросил, масштабов своей боли я не показала, предпочитая зализывать раны и плакать в одиночестве.

Мы стоим так почти минуту.

— Кушать будешь? — осторожно спрашиваю я, отстраняясь. Хватать Антона за член и порочно шептать: «Ну раз уж ты теперь свободен, давай поставим на уши всех соседей», в данной ситуации кажется неуместным.

— Нет, спасибо. — Он слабо улыбается. — Давай фильм какой-нибудь посмотрим?

— Я как раз сериал новый начала, — ободряюще улыбаюсь я в ответ. — Прикольный такой. Ты сегодня у меня останешься?

— Сегодня не могу. — Антон опускается на диван и устало трет глаза. — Надо еще пару дел решить. Но мы обязательно наверстаем.