Книга Волчонок, страница 25 – Алайна Салах

У меня тоже мурашки, но, к счастью, их скрывает длинный рукав шелковой рубашки.

Громила пропускает несколько ударов под ребра, после чего свирепеет и начинает активнее переходить в нападение. В его перекошенном лице столько агрессии и животной ярости, что мне становится страшно. Почему-то мне кажется, что если бы у него была возможность убить соперника, он бы это, не задумываясь, сделал.

— Почему Тайлер играет с ним? — вырывается у меня. — Он же может это закончить.

— Это шоу, Рика. Публика желает напитаться жестокостью, и он дает им это. В боях без правил тоже есть свои законы.

В этот момент мулат выбрасывает вперед руку и наносит удар по открывшему Тайлеру, прицельно попадая в печень. Утыкаюсь сестре в плечо и кусаю губу, чтобы подавить крик отчаяния. В голове машинально проносится последствия печеночных травм: повреждение целостности оболочки с последующим кровоизлиянием, токсическое поражение организма. Черт, мне совсем не стоит думать об этом сейчас.

— Эй, толстушка, — слышится ее голос рядом с ухом. — Открой глаза. Кажется, Волчонок ждет твоего внимания.

Подняв голову, смотрю на застывшего посреди ринга Тайлера. Нахмурившись, он всматривается в мое лицо и выглядит встревоженным.

Воспользовавшись тем, что противник отвлечен, мулат делает резкий выпад вперед, и я в очередной раз не успеваю уловить молниеносное движение руки Тайлера, рассекающей воздух. Глухой хруст ломающихся челюстных костей, восторженное аханье зала, грохот падающего тела… все это тонет в гуле крови, тугой волной прилившей к вискам. Очередной нокаут.

Я не до конца понимаю, что за головокружительное чувство током проходит через все тело: оно совсем не похоже на радость или восторг. Это странная смесь из чистейшего адреналина, облегчения и гордости за Тайлера. Словно я сама имею к нему какое-то отношение.

Рефери поднимает руку победителя, и мое сердце предательски млеет, потому что Тайлер смотрит прямо на меня, и его губы отчетливо произносят:

— Для тебя.

— Удивительно, что твои трусы еще при тебе. — продолжает комментаторскую деятельность сестра. — Потому что мои-то уже давно испарились.

Внутренности неприятно скручивает, потому что  в этот момент на арене появляется та самая ринг-герл, которая бесстыдно целовала Тайлера на глазах сотен зрителей. Я узнаю ее по татуированной руке и раздутым губам. Виляя бедрами, направляется к нему с явным намерением повторить эффектное выступление, вызывая ядовитое желание запустить в ее голову сумкой.

Но еще до того как я успеваю опустить глаза вниз, чтобы не стать свидетельницей неприятного зрелища, Тайлер перехватывает ее руку, которая, словно змея, тянется к его шее и, отрицательно мотнув головой, отпихивает от себя. На лице девицы мелькает недоумение, сменяющееся вспышкой злостью, однако, она быстро берет себя в руки и, натянув на лицо улыбку, ретируется с ринга.

— Еще один плюсик в волчью кормушку. — загадочно произносит Дженни. — Пойдем, после такого не помешает чего-нибудь выпить.

К счастью, на этот раз мы добираемся до бара без приключений. Заказываем шампанского и примостившись на высоких стульях, чокаемся за победу Тайлера. Несмотря на то, что сердцебиение пришло норму, рука, держащая бокал, все еще дрожит.

— Когда старший брат возвращается домой? — интересуется сестра, критически оглядывая свое лицо в золотистой пудренице.