Книга Волчонок, страница 118 – Алайна Салах

— Не смей, Тайлер, — мой голос дрожит, когда я вместе с давлением пальцев пытаюсь втиснуть ему мою веру и поддержку. — Только попробуй скажи, что в таком состоянии ты мне не нужен или что хочешь бросить меня. Потому что я тебе этого не позволю…

— Я никогда не брошу тебя и не попрошу об обратном. — негромко перебивает меня Тайлер. — Я ведь просил выбрать меня и обещал, что ты об этом никогда не пожалеешь.

Чувство любви и необъятного облегчения, что мои страхи не оправдались, накрывают меня с головой. Зарывшись лицом в его колени, впервые за долгое время позволяю дать волю эмоциям не только за запертой дверью туалета и начинаю рыдать.

— Мне жаль, что я так увлекся своим выздоровлением и совсем не уделял тебе время. — слышится сверху и через секунду две руки обхватывают мои подмышки и поднимают вверх, сажая на колени. Не в силах перестать содрогаться от всхлипываний, обнимаю Тайлера за шею и прижимаюсь сильнее, пока он, управляя кнопкой на подлокотнике кресла везет нас в кухню.

— Ужин? — забыв о слезах, оглядываю сервированный стол и свежий букет хризантем, стоящий по его центру.

— Китайская лапша. — улыбается Тайлер и гладит мой затылок. — Та самая, которой ты меня угостила.

Осторожно поднимаюсь с его колен, и оглядываю тарелки, на которых возвышаются бумажные коробочки. Я никогда не пожалею, что выбрала его.

— Да вы романтик, мистер Нортон. — посылаю в ответ мокрую улыбку, чувствуя как ком в груди постепенно тает, давая сердцу расслабление.

— Для тебя.

****************

Я хорошо помню тот день, когда это случилось. Когда те уютные фантазии, которые теплой картинкой играли у меня в голове с того момента, как я переступила порог еще не нашего дома, словно душа, которая по глупому стечению обстоятельств оторвалась от тела, вновь стала срастаться с моим настоящим.

Полчаса назад я вышла от врача, который сообщил мне самую радостную новость за последние семь месяцев: у нас с Тайлером будет ребенок. На данный крохе одиннадцать с половиной недель, он похож на зернышко, а его сердце грохочет как у маленького гиппопотама. Ведь там, где есть любовь, счастье найдет свое место всегда.

Я врываюсь в гостиную и оглядываюсь по сторонам, сжимая в ладони первую фотографию нашего малыша. Окидываю взглядом картины на стенах, мягкий ворс ковра, льняной диван с большими квадратными подушками, и отчего-то в этот момент ко мне приходит стальная уверенность, что темная полоса в нашей с Тайлером жизни подошла к концу. И когда я собираюсь пойти в зал, вижу его. Кислорода в легких становится так много, что, кажется, словно его молекулы размножаются внутри меня, напором разгоняя по венам звенящее счастье. Губы дрожат и слезы льются из глаз. Самые счастливые слезы во вселенной. Тайлер стоит в дверном проеме реабилитационного зала, упираясь на костыли, и греет меня молчаливой улыбкой.

Я по-глупому не могу сдвинуться с места, а губы сами шепчут, давая подсказку сердцу:

— Все правильно… Ведь ты же мне обещал.

Ленивые апрельские лучи заливают окно нашей кухни, заставляя меня щуриться и прикрывать глаза рукой, пока я помешиваю в кастрюле обед для Тайлера, который вот-вот должен вернуться с очередной тренировки. Речи о возвращении на ринг пока не идет, но, кажется, мой муж не слишком об этом переживает: в прошлом месяце он арендовал зал и сейчас активно набирает группу ребятишек, желающих обучиться боевым искусствам.