Книга Не мой парень, страница 69 – Алайна Салах

— Что за реклама, дочка? — спрашивает отец заинтересованно подаваясь к столу— Я думал, ты завязала с модельной карьерой…

— С кем ты ездила? — неестественно высоким перебивает его сестра. — Только не говори, что одна, потому что я все равно тебе не поверю…

Я даже не помню, чтобы хотя бы раз видела Кимберли такой взвинченной. Тонкие ноздри раздуваются, и она так отчаянно сжимает вилку в руке, словно хочет ее придушить.

— Мне нет причины тебе лгать, Ким. — удерживаю взгляд сестры. — Нас было четверо, но вряд ли тебя интересуют все. Если речь о Финне, то он действительно ездил с нами.

Наша ночь с Финном переменила многое, и многое не в лучшую сторону, но одно я могу сказать с уверенностью: вины перед Кимберли я больше не испытываю. И точно не чувствую потребности оправдываться за то, что стала препятствием в ее блистательном плане стать миссис Кейдж. В конце концов, Финн по собственной инициативе полетел с нами и пришел ко мне спальню. И всю копилку своего сочувствия в этот раз я планирую израсходовать на себя, потому что от своей семьи вряд ли что-нибудь получу.

Не дожидаюсь, пока Ким найдется, что мне ответить и решаю удовлетворить папино любопытство:

— Реклама нижнего белья, пап. Калзеди, если тебе это о чем то говорит.

— Калзеди? — отец вскидывает брови. — Конечно, говорит. Финн подписал с ним контракт два года назад. Я бы и сам мог работать с ним, но, знаешь как бывает…. — он морщится, выглядя раздосадованным, — конкуренты вставляли палки в колеса. И это… действительно известный бренд.

— Ради бога, — раздается механический голос Ким. — Кто из ныне живущих не знает Калзеди. К чему эта показная скромность, Тони?

Слова сестры звучат как обвинение, и я решаю уточнить:

— Почему показная? Лично я услышала о них совсем недавно, потому что всегда отдавала предпочтение Etam.

— Какая ты у меня умница, милая, — подает голос мама, улыбаясь мне теплой улыбкой через весь стол. — Все успеваешь. А у Финна, наверное, были какие-то дела во Флоренции?

Ее последняя фраза походит на подсказку сердобольного учителя для нерадивого ученика на экзамене, но я предпочитаю делаю вид, что ее не понимаю:

— У меня не сложилось такого впечатления. Кажется, ему просто хотелось развеяться.

— Извините, — бормочет Ким одновременно со скрежетом стула. — Сейчас вернусь.

Пряча лицо в блестящей укладке, она уносится в сторону туалета, и за столом на несколько секунд воцаряется тишина.

— Зря ты не прислушиваешься ко мне, Тони, — нарушает молчание голос мамы. — Фини и Ким…

— Лил, прекрати, — отец бросает строгий взгляд на маму, та мгновенно тянется за стаканом, чтобы запить недосказанность длинным глотком воды. — Никто ни в чем тебя не обвиняет, дочка. Лучше расскажи, как тебе Италия?

При упоминании этой прекрасной страны, я невольно начинаю улыбаться. Хотя возможно, это происходит потому, что отец впервые вступился за меня.

— Просто потрясающе, пап. Я бы хотела вернуться туда снова. Флоренция так не похожа ни на один город в Штатах. Такая архитектура…Каждая стена пропитана историей. Я даже не знала, что это родина Макиавелли. Не успела посетить галерею Уффици из-за больших очередей, но обязательно исправлю это в следующий раз…

Я вновь окунаюсь в воспоминания и восхищенно рассказываю притихшим родителям о том, какой веселые и жизнерадостный народ итальянцы, и что ни одна паста в самом лучшем итальянском заведении Бостона не сравнится с той, что я пробовала в простой уличной кафешке.