Книга Однажды на реалити-шоу, страница 73 – Алайна Салах

— Тебе ведь всего двадцать два, — встревает голос. — Может, она еще…

— Этой мечте не сбыться, — перебиваю я. — Точка. Так вот, когда я прошла первый отбор, то испытала неверие и раздражение. Мне казалось, что люди видят меня не такой, какая я есть, и это бесило. Но постепенно я стала понимать, что у меня самой имеется ложное о себе представление… И если я нравлюсь зрителям, то они, возможно, видят гораздо больше, чем вижу я. Что я могу нравится не только уровнем своего айкью и достижениям в учебе или спорте. Мир открылся мне с другой стороны, которую я привыкла отрицать и которая оказалась не так уж и плоха.

— Это как-то связано с Артемом?

— С ним тоже, да. А еще с Ликой. — Я улыбаюсь. — Мы с ней по-настоящему подружились. — То есть теперь у тебя есть намерение стать победительницей?

Я задумываюсь. А хотела ли я в действительности стать победительницей этого шоу?

— Если быть совсем честной, то, наверное, хотела бы. Я слишком много времени провела в принятии роли неудачницы, и эта победа могла бы помочь мне поверить…

Опустив глаза, я сражаюсь с комом в горле.

— …поверить, что со мной все в порядке, и пара жизненных провалов не означает, что мне больше никогда не удастся стать первой.

— Спасибо большое за честные ответы, Есения, — голосу ведущего с трудом удается продраться сквозь гул в ушах. — На этом интервью окончено. Ты можешь идти.

Поднявшись, я на автомате подхожу к двери.

При виде меня Лика вопросительно вскидывает глаза: мол, ну как прошло? Мотнув головой, я быстро иду к лестнице. С тех пор как наш бельчатник поредел, есть хорошие шансы побыть в спальне одной.

— Есения!

Обреченно возведя глаза к потолку, я останавливаюсь. Ну почему именно сейчас я понадобилась этой грымзе? Или ей просто нравится, как звучит мое имя, чтобы так часто его повторять?

— Да, мэм, — шаркнув кроссовкой о пол, я разворачиваюсь.

Ее лицо с неизменным сучьим выражением оказывается рядом с моим.

— Завтра у тебя свидание с Артемом, а через три дня — финал. Постарайся обойтись без идиотских выходок. Вы оба — участники.

Я притворно округляю глаза.

— Я и идиотские выходки в одном предложении? Как можно?

Инга раздраженно поджимает свои кровавые губы.

— Ты слышала меня, номер три. Не налажай.

Стоя у зеркала, я безучастно рассматриваю свое отражение.

На финальное свидание с Артемом стилисты подготовили для меня особое платье: из тончайшего кремового шелка, длиной достигающее щиколоток. Более романтичного образа для ужина сложно и придумать. Это впервые, когда и макияж, и прическа и наряд мне по-настоящему на себе нравятся. В них я похожа на лучшую версию себя, а не разукрашенную куклу.

— Есения, выходи, машина ждет, — окликает кто-то из ассистентов.

Глубоко вздохнув, я расправляю плечи.

Пара шагов за порог, и вот я уже сижу на сидении очередного лимузина, мчащегося в очередной роскошный ресторан.

«Заказывай самое дорогое и наедайся как следует, — по-хозяйски говорит внутренний голос. — Неизвестно, когда еще попадешь в такое место».

Несмотря на мои потуги вернуть себе боевой настрой, сердце тревожно стучит. Это наше с ним последнее свидание.

Артем уже ждет к входа.

Сегодня он в белом костюме, оттеняющий его загар. Я всегда думала, что белые пиджаки носят либо стареющие эстрадные певцы, либо сутенеры, но ему, как не прискорбно признавать, этот цвет очень идет.