Книга Поменяемся?, страница 86 – Алайна Салах

— Сбежала от мужского внимания?

Голос Рафаэля, раздавшийся из темноты, заставляет меня испуганно ойкнуть.

— Твою же, блин! — возмущённо рявкаю я, прижав ладонь к грудной клетке. — Ты чего, как ниндзя, подкрадываешься?

Слышится хруст шагов, и в следующую секунду лицо Рафаэля, освещённое желтоватым светом луны, материализуется передо мной.

Я машинально занимаю оборонительную позицию: скрещиваю на груди руки и задираю подбородок.

— Ну как, проветрился?

— В процессе, — отвечает он без улыбки, скользя по мне взглядом. — Ты действительно готова была совершить каминг-аут?

Я скриплю зубами. Витю он послал на хрен, меня же решил сделать виноватой?

— Разумеется, нет. Твоим отношениям с Лианой ничего не грозит, не переживай. Наш маленький секрет уйдёт со мной в могилу вместе с борщом.

— А при чём здесь борщ?

Гнев и обида приливают к голове, лишая меня здравомыслия. Действительно, при чём здесь борщ, разговоры по душам, проникновенное держание за руки и тёплые объятия? Я просто дура. Хотя нет… Я отказываюсь брать всю вину на себя. Я, может, и дура, вообразившая себе слишком многое, зато Рафаэль — беспринципная козлина.

— Забудь, — цежу я, стиснув ладони в кулаки. — На деле у меня к тебе лишь одна просьба: перестань корчить вечно недовольного крутыша-Стэтхэма, обязанного посылать всех вокруг. Мы все живые люди и ничем не хуже тебя.

Рафаэль хмурится.

— Я и не считаю себя лучше остальных.

— А я думаю, что считаешь, и ещё как.

— Тебя что, медведи дорогой покусали?

Я воздеваю глаза к небу, борясь с желанием завизжать от бешенства. Он нарочно делает вид, что не понимает? Я приехала сюда одна, уже неделю живу у мамы…

— Пошёл ты к черту, Сникерс просроченный! — Чувствуя, что к глазам подкатывают слёзы, я резко разворачиваюсь на пятках, готовясь сбежать.

В ту же секунду запястье вспыхивает от крепкой горячей хватки. Мотнувшись в воздухе, как тряпичная кукла, я с размаху врезаюсь Рафаэлю в грудь.

Его ладони обхватывают мои щёки, горячее дыхание с запахом костра и виски касается ресниц, заставляя меня застыть в онемении.

— Знала бы ты, как меня всё заебало.

Зажмурившись, он с силой притягивает мой рот к своему и, невзирая на мои попытки возразить, целует.

— Что ты… — возмущённо бубню я ему в рот, но когда напор лишь усиливается, сдаюсь и, вцепившись Рафаэлю в волосы, отвечаю на поцелуй.

Меня потряхивает, то ли от жара, то ли от холода. В голове гремит: «Это определённо один из самых запоминающихся моментов в моей жизни». Не знаю, почему я думаю об этом именно сейчас. Наверное, потому что эмоций слишком много, и мне необходимо хоть немного их рационализировать, чтобы удержаться в реальности. Ведь все, в десятке метров от нас, находятся Лиана и Витя. А я и Рафаэль — те, кто в данный момент втыкают им нож в спину и подкладывают свинью.

И стоит мне только об этом подумать, как из темноты доносится громкий окрик Лианы.

— Эй, вы где?!

Уперевшись Рафаэлю в грудь, я толкаю что есть силы. Из-за паники тело становится скованным и непослушным. Господи, твою мать! Я что, грёбаная адреналинщица? А что, если бы нас увидели?

Тяжёлое дыхание Рафаэля кромсает темноту и мои нервы.

— У неё день рождения, понимаешь? — глухо произносит он, глядя на меня.

— Рафа! — снова выкрикивает Лиана.