Книга Элита, страница 13 – Алайна Салах

— Что, язык проглотила? — продолжает шатенка. — Похоже, неплохо тебе вчера в деканате мозги вправили.

— Хм-м, — тянет другая, крутя локон на пальце, — всё же рассмотри вариант пойти в прислуги. Дэн Морозов готов тебя взять.

Вокруг собираются зеваки, словно коршуны, высматривая, чем закончится перепалка. Щёки горят, голова гудит.

— Я бы много чего могла вас сказать, то мне лень, — цежу я сквозь зубы, — а теперь уйдите с дороги, пока я сама не написала на вас жалобу в деканат.

«Сливки» явно не рассчитывали на такой ответ, шатенка выглядит такой разочарованной, словно только что узнала, что устанавливать силиконовые импланты стало запрещено законом. Поджав свои кровавые губы, она отходит в сторону, давая мне пройти.

В лопатки вонзается её раздражённое шипение:

— Ссыкуха.

Незаметно выставив средние пальцы, я ускоряю шаг. Уф. Кажется, я справилась.

После перемены, в коридоре возле аудитории «Белый тигр» (как же обожаю эти звериные названия), меня нагоняет тощий парень в синем костюме и с золотыми запонками на манжетах. Черты его лица настолько тонкие и правильные, что у меня на секунду возникают сомнения в его половой принадлежности. Может, это и не парень вовсе, а мужиковатая девушка.

— Привет, Лия, — подчеркнуто учтиво произносит он. — Мы не знакомы, но я хотел бы кое-что обсудить.

— Привет, — машинально отвечаю я, недоумевая, какого чёрта все с таким рвением ко мне липнут. — Меня зовут Тимур. Я член студенческого совета. Мы хотели бы получше узнать тебя, ведь ты недавно поступила… по особому стечению обстоятельств.

Я напрягаюсь: тот факт, что он из совета, уже не предвещает ничего хорошего.

— У тебя ведь были сложности с некоторыми студентами, так? — продолжает он, вопросительно дернув бровью. — Тебя вызывали к декану и даже отстранили от занятий, что бывает крайне редко.

— Ну, можно и так сказать, — уклончиво отвечаю я, пытаясь понять, какой тактики поведения придерживаться.

— Проблемы возникают, когда человек не хочет принимать правила, — голос Тимура звучит сочувственно. — Ты ведь понимаешь, что здесь всё устроено иначе, чем в твоей прошлой жизни?

Внутри закипает гнев. «Прошлая жизнь»? Я, по его мнению, прибыла сюда прямиком из трущоб Буркина-Фасо с пакетиком фекалий в руках? Да, моя прошлая жизнь была куда лучше и здоровее вакханалии, творящейся здесь.

Язвительный комментарий уже готов сорваться с моих губ, но всплывший перед глазами голос мамы меня останавливает.

Не лезть на рожон. Не лезть на рожон. Не лезть на рожон, — беззвучно повторяю я, словно молитву.

— Вижу, ты молчишь, — Тимур саркастично улыбается, оглядывая меня с ног до головы. — Это умный поступок. Не забывай: каждый твой шаг теперь под прицелом. Нам, совету, небезразлично, что здесь происходит, и…

— И вы станете следить за мной? — перебиваю я, устав от его похотливых разглядываний. — Или «вызовете на ковёр» по первой липовой жалобе, как это любит декан?

— Может, и вызовем, если будет повод. Сдается мне, долго ждать не придётся.

Сделав вид, что собрался уйти, этот женственный слизень вдруг с силой пихает меня в плечо, отчего мой рюкзак с грохотом валится на пол. Из открытого отделения вываливаются ручки, блокнот, кошелёк.

А пока меня трясёт от беспомощности и гнева, он намеренно наступает ногой на мой ежедневник и небрежно отпинывает его в сторону.