Книга Новый босс, страница 24 – Алайна Салах

— А с юмором у тебя беда, погляжу, Юджин.

— Скорее всего, так и есть. Мне об этом неоднократно говорили. И я Евгений.

Меня от его чопорности в сон поклонило. Кто вообще из нас наполовину англичанин?

Подавив зевоту, озвучиваю ему свои условия:

— Я собираюсь в Москву на две недели — там мать моих будущих детей сейчас своего кровного родственника ублажает. Скучаю так, что молнию на брюках сводит, поэтому решил не дожидаться ее возвращения. Русских слов в лексиконе — как у аборигена племени пираха, поэтому нужен ты. Вылет сегодня. Характер у меня поганый, эксплуатировать тебя планирую нещадно, платить буду щедро. Если все устраивает — кивни.

Гарри Поттер несколько секунд старательно морщит лоб и изрекает:

— «Нещадно эксплуатировать» не подразумевает сексуальное домогательство? Не хотелось бы, чтобы у вас сложилось превратное мнение о моей ориентации.

Это что это такое он во мне увидел, что так подумать мог? Неужто визит к проктологу отпечаток свой наложил?

— Расслабь свою тощую задницу, Юджин. — говорю раздраженно. — Я прирожденный вагинолюбитель, к тому же с недавнего времени страдаю неизлечимой моногамией. Так что наклоняться можешь без опаски.

— Тогда почту за честь работать с вами, мистер Гас. — безэмоционально заключает чудик. — И я Евгений.

Спустя восемь часов наша разношерстная компания сидит в самолете: мы с Джо вальяжно мнем кресла бизнес-класса, а Юджин скромно жмется в экономе.

— Ты предупредил Славу о том, что прилетаешь? — спрашивает Джо, маша рукой улыбающейся стюардессе, которая в течение десяти минут дистанционно имеет меня своими коровьими глазами.

Щелкнув карабином, мотаю головой:

— Неа. Это будет сюрприз.

Гас

— В России всегда что ли так? — хнычет Джо, пряча ладони в рукава своей модной куртки. — Как в такой температуре вообще жить можно?

Не поддерживаю его нытье, чтобы не терять лицо перед домашним эльфом, хотя зубы отбивают чечетку, а младший давно превратился сморщенный эмбрион.

Москва зимой прекрасна и страшна одновременно. Кругом все белое, словно в музей сахарной ваты попал, и при этом не покидает ощущение, что тебя подвергают криогенной заморозке.

Не сдерживая зависти, смотрю на Юджина, который выглядит как косплей на полярника: на голове — меховой тюрбан с ушами, на мелком теле — дутый ватник. На фоне снующих туда-сюда людей, упакованных в шкуры и пуховики, мы с Джо выглядим как два идиота. Только он в своей пидорской цветной куртке и дранных джинсах выглядит как идиот с Недели моды, а я просто как идиот.

— А ты я, гляжу, подготовился к суровым реалиям своей исторической родины, Юджин. Мог бы и меня предупредить.

— Я думал, что вы лучше осведомлены об особенностях климата страны, где по вашему собственному утверждению, проживает мать ваших будущих детей. — монотонно парирует засранец. — Приношу извинения, мистер Гас. В следующий раз буду иметь в виду, что вы не отличаетесь склонностью к планированию. И мое имя Евгений.

Дважды унизил меня одной тирадой. Подумал бы, что он издевается, но знаю, что это не так. Юджин принадлежит к тому редкому проценту людей, которые всегда говорят то, что у них на уме. Ну или, с большей вероятностью, он просто страдает легкой формой аутизма.

— Не беспокойтесь, мистер Гас. Такси скоро подъедет. Приложение показывает, что машина совсем близко.