Книга Демон-босс, страница 7 – Алайна Салах

— А чего бы ему не принадлежать, — ворчливо откликается полиграфический магнат. — Я процесс печати «от и до» знаю, расходниками всю Россию снабжаю, печатный станок с толпой работяг позволить себе могу. Только недалекие идиоты на мешках с деньгами сидят. Деньги — это бумажки. Их надо вкладывать.

В инвестициях я не сильна в силу инженерского заработка: на недостаток средств к существованию мне жаловаться грех, но и счетами в оффшорах прихвастнуть не могу. Поэтому я лишь скромно киваю.

Вообще, поездку сюда можно считать плодотворной: если поначалу меня одолевало стойкое подозрение, что тестовая пленка отправится в урну, едва я выйду за порог цеха, то с появлением Жданова стало ясно, что этого не случится. Я по-прежнему считаю его невыносимым грубияном, но не могу не признать, что руководитель он неравнодушный и толковый.

— Значит, по поводу результатов тестов созваниваться с вашим менеджером по качеству? — уточняю я, поравнявшись со своей чистенькой Фиестой.

Жданов оценивающе пробегается глазами по красному капоту и что-то бормочет себе под нос. Кажется, он сказал: «И все-таки инженерка». Ох. Это он, кажется, тот случай с парковкой мне припоминает.

— До города сама доберешься? — скептически оглядев мое лицо, серый взгляд на долю секунды спускается к шее.

Это я покраснеть, что ли, собираюсь? Такое мне давно не по статусу.

— Ну я ведь сюда как-то добралась, — отвечаю с достоинством. — Не знаю, чем вызван ваш закоренелый шовинизм, но уверяю, что большинство женщин гораздо умнее, чем вы о них думаете.

Ответом мне становится скептическое хмыканье и снисходительный взгляд. Ой, ну что я, доказывать ему что-то хочу? Пусть этот упрямый высокомерный человек остается при своем мнении.

— Всего вам доброго, Игорь Вячеславович. Приятных выходных, — с этими словами я щелкаю кнопкой на сигнализации, но характерного щелчка открывающихся дверей почему-то не раздается.

Я трясу брелком, надеясь вдохнуть жизнь в очевидно севшие батарейки, пробую снова, но и ничего не происходит. Так, стоп. Батарейки я меняла две недели назад.

— Ты фары выключила, умная женщина? — раздается гарканье мне в затылок.

Я заглядываю в водительское окно, и впервые за долгие годы действительно начинаю краснеть, даже несмотря на то, что оно мне не по статусу. Рычажок на панели действительно повернут в положении дневного света. Да как же так?

Позабыв о почетном уровне своего IQ, я начинаю судорожно дергать ручку. Никогда такого со мной не было. И Жданов стоит рядом, как назло.

— По-инженерски ты с севшим аккумулятором разбираешься, Люба. По колесу попинай — тоже, говорят, действенный метод.

— Ой, да перестаньте вы уже скабрезничать, — не выдерживаю я. — Вам наверняка ехать пора, а я уж как-нибудь разберусь.

О нечаянной вспышке эмоциональности я моментально жалею — все-таки на кону потенциальное сотрудничество, но Жданова, как оказалось, этим не задеть.

— Да я не тороплюсь никуда. Очень интересно взглянуть, как Кулибин в юбке разбираться будет.

Я поверженно вздыхаю. Ну что за день? Хотела ведь на велосипедах с дочерью кататься.

— Провода у тебя есть? Прикурить?

Я мотаю головой. Нет у меня. Необходимости никогда в них не было.

— И у Михаила нет, — раздраженно вздыхает Жданов. — В двадцать первом веке у машины фары сами гаснут.