Онлайн книга «Искатель, 2012 №3»
|
Мудрые мысли Тучкова прервал телефонный звонок. — Тучков. Слушаю вас. — Павел Васильевич, это генерал Баскаков. У вас есть проход в Дом Два[2]? — Есть! — Мне срочно надо с вами переговорить. Жду вас через... пятнадцать минут. Своему руководству можете не докладывать. Генерал скороговоркой назвал подъезд и номер своего кабинета и, не прощаясь, повесил трубку. Тучков быстро пролистал справочник оперативной связи. Есть такой — Баскаков Илья Константинович. Жаль, что должностей здесь не пишут. Плевать! Скоро узнаю. Выскочив на Лубянку, Тучков быстрым шагом, лавируя между прохожими, устремился к мрачному серому зданию. Четвертый подъезд здесь, по центру Фуркасовского переулка. Дом Два Тучков не любил. Там все дышало злыми и кровожадными предвоенными годами. Запутанные переходы, дубовые панели в коридорах и кабинетах, черные грибы старинных ламп, скрипучий паркет. Находясь здесь, Тучков часто вспоминал фразу из какой-то телеигры: «А какие ассоциации у вас возникают при слове... НКВД?» Именно эти. Да, Дом Два — это не старое здание Московского управления. Там — амурчики и нимфы на голубом фоне, китайский зал, немецкий кабинет, зеркала, камины. Одно слово — архитектор Растрелли. И градоначальник Ростопчин здесь жил, и Наполеон. А рядом — домик князя Пожарского. Совершенно другой аромат, другие ассоциации... Тучков потянул на себя тяжелую дверь и проскользнул в холл четвертого подъезда. Здесь, перед прапорщиком, можно перевести дух — удостоверение будут просматривать не менее двадцати секунд. Традиция! Генерал Баскаков оказался много приветливее и живее, чем это могло показаться после телефонного разговора. Он даже поспешно выскочил из-за стола и бросился к двери, протягивая руку простому майору. В застойные времена Тучков знал лишь одного такого начальника. О нем даже легенды ходили. Ему не очень верили, но... было приятно. Демократичность общения подкупала. Тучков спокойно ждал сути дела. Он живо, обстоятельно отвечал на общие вопросы генерала: об образовании, о семье, о трудностях в работе. С таким началом беседы можно было ожидать чего угодно, кроме выговора. В какой-то момент Баскаков мог предложить перейти в свое управление, да с повышением (готов оправдать доверие!) или принять участие в важной разработке (могу помочь...), или попросить устроить на работу в «подшефный» банк генеральскую племянницу (а она симпатичная?). Через некоторое время генерал, решив, что необходимый объем общих, отвлекающих фраз сказан, начал подбираться к основной теме: — Все сейчас сложно, Павел Васильевич, все! Все в финансы упирается. Вот раньше мы спортом занимались, стадионы арендовали. А сейчас... Как у вас с этим делом? — Занимаемся, товарищ генерал. Регулярно. По пятницам — в Покровское-Стрешнево. — Кросс? — Да. Но не на время. — Понятно. Прогулки по парку. Ни шатко, ни валко... Не надо оправдываться — я не по этой части. Я это к тому, что были бы деньги — снять бы для управления оздоровительный центр, ФОК какой-нибудь. Их много расплодилось. Там и тренажеры всякие, и массаж, и сауны. — Очень было бы хорошо, товарищ генерал, — Тучков даже не повел глазом; он всегда ценил в себе быстроту реакции и актерские способности. — Я даже знаю один такой ФОК. Я сам на Профсоюзной живу, а это — в Черемушках, рядом... Я даже мысль такую имел — хорошо бы директора этого центра вербануть. |