Книга Искатель, 2012 №4, страница 112 – Александр Юдин, Варвара Клюева, Иван Белогорохов, и др.

Повидав многое, свое истинное призвание он теперь видел в археологии, даже прослушал курс лекций в Сорбонне. Он продолжал фанатично верить в Гомера. Он и мысли не допускал, что гениальные поэмы, так потрясавшие его своей художественной правдой, в действительности воспевали вымышленные битвы и выдуманных героев.

Летом 1868 года, с томиком Гомера в руках, он покинул Париж и отправился в Грецию, на Ионические острова. Там Шлиман почувствовал себя настоящим греком и решил жениться. Выбор пал на восемнадцатилетнюю красавицу гречанку Софью, которой пришлось изучить поэмы Гомера, чтобы стать супругой богатого чудака.

Шлиман сначала прибыл на остров Итаку, затем — через Геллеспонт — в ту местность сегодняшней Турции, где, по мнению многих ученых, должна была находиться Троя. «Илиада» была для него путеводителем. Там он долго искал описанные в поэме два источника — горячий и холодный — и нашел их в нескольких километрах, у холма Гиссарлык, где в 1871 году приступил к раскопкам вместе с наемными рабочими и своей женой Софьей.

Раскопки велись долго, и в конце концов удача улыбнулась новоявленному археологу: он наткнулся на плиты крепостной стены. К сожалению, как и всякому одержимому искателю, ему не хватало терпения. Если бы он вел раскопки постепенно, освобождая слой за слоем, открытие Трои отодвинулось бы на много лет. Он же хотел иметь общую картину города немедленно.

Самая крупная находка была сделана едва ли не в последний день раскопок. После нескольких лет упорного труда 15 июня 1873 года был обнаружен клад, который Шлиман назвал «Сокровищами Приама».

В тот день один из рабочих наткнулся на какой-то предмет, и Шлиман тотчас отпустил всех землекопов отдыхать, а сам вместе с Софьей отрыл и перетаскал все найденные золотые и серебряные вещи к себе в сарайчик, тщательно спрятав их от посторонних глаз. Клад был запакован в простой деревянный ящик, отправлен в Дарданеллы и погружен на пароход, взявший курс на Афины. Это являлось самой настоящей контрабандой. Потом Шлиман спрятал ящик в сарае у дяди Софьи, живущего за городом.

Как только о кладе прознали, разразился грандиозный скандал. Никто из археологов и слышать не хотел о Шлимане и о его находках.

По султанскому фирману (указу), половина клада принадлежала Турции, но Генрих наотрез отказался отдать ее, объяснив это тем, что турки тотчас переплавят ценности и продадут их. Тогда правительство Турции постановило взыскать с него штраф в 10 000 франков, но Шлиман выплатил 50 000 и вернулся в Гиссарлык, где обнаружил другие уникальные вещи. А на северо-востоке Пелопоннеса открыл сокровищницу легендарного царя Атрея, сына Агамемнона, и девять других захоронений, затем начал раскопки в Орхомене и Тиринфе, где наткнулся на дворец, сходный с описанным в поэме Гомера.

Позже, уже после смерти первооткрывателя, скончавшегося в 1890 году, ученые доказали, что «Сокровища Приама» принадлежали вовсе не этому царю, а другому, который жил за тысячу лет до гомеровского персонажа.

Обладая неуемной фантазией, Шлиман, подобно его соотечественнику писателю Карлу Маю и будучи не менее гениальным, чем другой его земляк — археолог-самоучка Винкельман, открыл для науки новый пласт истории.

Шлиман, став обладателем «Сокровищ Приама», пытался продать их во многие знаменитые музеи Европы, но финансовые и дипломатические затруднения не позволили ему договориться с Эрмитажем, точно так же как с Лувром и Британским музеем. Не добившись от них положительного ответа, он решил подарить клад городу Берлину.