Онлайн книга «Искатель, 2012 №5»
|
Сначала камера взяла самого Павленко, который с заметной растерянностью копался в бумагах на столе... Потом на общем плане появился Саша Богатых. Он подошел к краю сцены, вытащил из стоящей там коробки кучу записок от народа, предъявил ее залу и почему-то засунул эти бумажки во внутренний карман пиджака. В левый. Подойдя к Павленко и развернувшись спиной к камере, Саша вытащил кипу записок с «гласом народа» уже из правого кармана... Все было проделано аккуратно. Подмену заметил только Савенков и только потому, что знал об этом. На экране опять появилось лицо Павленко. Теперь уже без тени беспокойства, доброжелательное и уверенное. Для полной достоверности он пробежал глазами по бумажкам и начал отвечать: — Инженер Пронин спрашивает меня, как удержать специалистов на производстве. Лучшие люди с его завода бегут. Я отвечу фразой из рекламного ролика: «Кормить надо лучше — они и не убегут...» Когда меня изберут, я потребую увеличить зарплату в два и даже в три раза... Не надо аплодисментов. Вы лучше спросите, где я возьму деньги? Отвечу: я не дам новым русским воровать. Мы пресечем возможность зарабатывать нечестным путем! Реакция зала была однозначной. В старые времена, публикуя текст выступления Павленко, здесь с чистой совестью сделали бы приписку: «Бурные продолжительные аплодисменты. Все встают». Банкет устроили безалкогольный — поздно вечером Павленко должен был провести еще одну встречу с избирателями. Он выглядел триумфатором и с удовольствием принимал от членов своего штаба комплименты: «Вы, Сергей Сергеевич, очень яркий оратор. Ну просто трибун... Умеете зажечь массы... Победа теперь у нас в кармане...» При этом все хорошо знали, что победа только размышляла, в чей карман ей заскочить, к Карасеву или к Павленко. Они шли ноздря в ноздрю. По некоторым опросам, Карасев даже опережал... Хорошо только, что у остальных кандидатов не было никаких шансов... Павленко тоже знал все это, но ему были приятны похвалы. И еще он знал, что необходимо поддерживать в соратниках их уверенность в победе. Он соглашался, кивал, жевал бутерброды и периодически отвечал на звонки сотового телефона. После одного такого звонка Павленко встал, встретился глазами с Савенковым и, махнув в воздухе трубкой, указал куда-то в угол. Они отошли к окну, и Павленко, засунув мобильник под пиджак, прошептал: — Это тебя... Дибич требует... Наш друг детства очень суров сегодня. Не поздравляет меня, не шутит. Савенков взял телефон и начал беседу. Собственно, диалога не было. По отдельным междометиям Павленко понял, что Савенков куда-то влип и генерал Дибич требует срочной встречи. Когда разговор закончился, Павленко после небольшой паузы осторожно спросил: — Что случилось, Игорь? Сложности? Что сказал тебе этот хмырь? Не слушай ты его. Анатолий двадцать пять лет в ментах. Подозрительным стал. Мерещится ему всякое. — Нет, Сергей. На этот раз дело серьезное. Влип я... Ты своего Парнаса еще помнишь? — Еще бы... Ты, Игорь, достань мне его. Я своими руками... — Поздно! Я его достал. Поговорил. А он взял и застрелился. — Прямо при тебе?! — Нет, через пять минут. Я уже на улице был... На входе и выходе меня видели. Фоторобот у них есть. Отпечатки мои... Этот Парнас перед смертью решил пошутить. Стер с пистолета все отпечатки, взял его платочком и бах в висок. Голова в одну сторону, пистолет в другую, а платочек в третью. |