Книга Искатель, 2012 №6, страница 2 – Владимир Лебедев, Песах Амнуэль, Татьяна Косова, и др.

— Этот с гитарой. Он то здесь, то там.

— Фигаро! — сообразил Дик. — Да, знаете, ли все будет хорошо, — сказал он, глядя на свою собеседницу во все глаза.

— Вы уверены?

— Конечно. Я пришел на «Севильского цирюльника» по крайней мере в сотый раз, — пояснил он.

— Зачем? — поразилась леди Беата.

Дик растерянно молчал. Только сейчас он понял, как трудно объяснить человеку, ничего не понимающему в музыке, какое наслаждение она приносит.

— Ну, Бог с вами, — сказала леди Беата, не дождавшись ответа. — Не понимаю и никогда не пойму. Но я рада, я переживала за эту девушку. Этот богатый граф и в самом деле женится на ней?

Дик кивнул — да, женится непременно. Прозвенел второй звонок, и он решительно встал и помог подняться леди Беате, Он был бы рад еще немножко поболтать с ней, но никогда не пропускал ни одной ноты «Севильского цирюльника».

— Ну, прощайте, — сказала леди Беата, крепко пожимая его руку. Дик вежливо поклонился и пошел в зал. Пробираясь на свое место между рядами, он смутно подумал, что здесь что-то не так, что надо было задержаться и спросить леди Беату, как у нее идут дела и почему все-таки она попала в оперу; но при первых же звуках арии о клевете все вылетело у него из головы.

Через две недели Дик с улыбкой прочитал интервью леди Беаты одной из газет, публиковавшей в основном светские сплетни. Она собралась ехать в круиз по Средиземному морю, и газеты наперебой восхищались ее взбалмошностью — скажите пожалуйста, вдруг решила поехать в круиз, хотя еще неделю назад об этом и не помышляла! Как интересно! Как необычно! Как экстравагантно!

Интересно, подумал Дик, что экстравагантного они находят в том, что богатая женщина, не связанная ни семьей, ни какими-то другими обязательствами, решила совершить поездку по Средиземному морю, да еще сейчас, в мае, когда еще нет сильной жары и в средиземноморских странах настоящий рай? Но леди Беата им подыгрывала. «По гороскопу я Стрелец, — сказала она репортерам, — а Стрельцам свойственно принимать необычные и неожиданные решения».

Дик рассмеялся. Он вспомнил, как однажды он заехал к леди Сатерленд поздравить ее с днем рождения, и она рассказывала ему, что, как все Стрельцы, долго и тщательно обдумывает каждый свой шаги планирует жизнь надолго вперед. Он тогда еще отправился от нее к своей матери — приближалось Рождество... Рождество...

Внезапно Дик нахмурился. Действительно, Стрельцы — это те, кто родился в декабре, стало быть, недалеко от Рождества. Но что такое она сказала ему в опере?

«Мне подарили билет на день рождения».

Дик Уиллет полез в календарь, хотя это было бессмысленно: сейчас май, он ходил на «Севильского цирюльника» две недели назад. Никак не получается. Не могли же ей подарить билет почти за полгода! Да и кто станет делать такие подарки? В ее кругу это вовсе не принято; и не грузчики же ей его преподнесли!

Ему стало не по себе: он понял, что вел себя как человек невнимательный и черствый. У леди Беаты явно что-то было неладно. Когда она пожимала на прощание его руку, вид у нее был чуть ли не жалкий, что вовсе ей не свойственно. Если бы он не помчался сломя голову в зал слушать своего «Севильского», а соизволил выслушать ее, может быть, ему удалось бы узнать, в чем дело. И прежде чем ответить на его вопрос, как она попала в оперу, леди Беата чуть помедлила, он отлично это помнил. И не остановил свое внимание на этом тогда просто потому, что леди Сатерленд никогда не опускалась до лжи: у нее хватало смелости всегда говорить правду, с ее репутацией и ее деньгами она могла позволить себе такую роскошь.