Книга Календарь убийцы, страница 94 – Изабелла Мальдонадо

— Да это просто царапина! – стояла на своем Дани. – Мне приходилось сталкиваться с чем-то похуже, и все равно я никуда не уходила.

— Это было в армии, – ответил Ву. – Сейчас ты работаешь в ФБР, и у нас есть строгие правила относительно ранений и травм, полученных при исполнении служебных обязанностей. – Его тон стал резким: – Позволь изложить все так, чтобы тебе было понятно. Я даю тебе строгий приказ: не приступать к работе до тех пор, пока этот порез не обработает врач. Я ясно выразился?

— Кристально ясно, сэр.

Ву подозвал жестом одного из агентов.

— Отвези ее в больницу, – сказал он, после чего снова повернулся к Дани. – Дашь мне знать, что скажет врач. – Его голос смягчился: – Я хочу быть уверен в том, что с тобой всё в порядке.

Дани проследовала за агентом к его машине, стоявшей в конце квартала. Зажимая рукой порез, поскольку кровотечение усилилось, она, мысленно проклиная судьбу, села в седан.

Когда машина тронулась, Дани обернулась и увидела, как ее товарищи ведут скованного наручниками задержанного к специальному транспорту.

Ее охватило отчаяние. Глория показала себя сметливой и наблюдательной. То, что она однозначно опознала своего преследователя, а также поведение этого человека сегодня вечером позволят предъявить ему серьезные обвинения. Его можно будет задержать и, задавая на протяжении несколько часов ему вопросы и ловя его на лжи, медленно опутать сетью; в конце концов он увидит, что выхода нет, и во всем сознается.

Однако, когда это случится, ее, Дани, рядом не будет.

Приемное отделение больницы «Гора Синай»

Десятая авеню Манхэттен

Два часа спустя Дани смотрела на то, как затянутые в перчатки руки хирурга туго стягивают кожу на ране. Обезболивающий укол, сделанный десять минут назад, обеспечил то, что она ощущала лишь тупое прикосновение, пока медсестра обрабатывала и промывала рану, подготавливая ее к наложению швов. И вот теперь хирург поднес к ране кончик шприца с медицинским клеем.

— Не шевелитесь! – распорядился он. – Нужно аккуратно нанести клей, чтобы закрыть рану и исключить инфекцию.

Дани уже не раз приходилось обрабатывать раны в полевых условиях, без анестезии. Она умела терпеть боль.

Хирург нажал на спуск, и из шприца выползла прозрачная вязкая колбаска.

— Клей застынет через несколько минут, – объяснил хирург, умело направляя клей на покрасневшие края пореза. – Через пару недель он отвалится сам, но вы должны не прикасаться к нему и не делать ничего такого, от чего рана сможет разойтись снова.

Еще через минуту он ушел, а Дани осталась ждать, когда медсестра ее отпустит. Вид пореза навел ее на воспоминания о том, что явилось его причиной.

Дани мысленно прокрутила схватку, вспоминая мгновенный блеск света уличного фонаря, отразившегося от лезвия в руке нападавшего…

Она резко уселась прямо.

Преступник держал нож в правой руке. В ходе схватки Дани обратила внимание на то, что он плохо владеет холодным оружием. Если б он действовал более умело, ему удалось бы нанести ей куда более серьезные раны, несмотря на ее боевой опыт.

Только очень опытный боец, прошедший интенсивную подготовку, возьмет нож в руку, которая не является для него основной. Даже самые умелые бойцы крайне редко поступают так. Это означало, что нападавший либо был правшой, как и девяносто процентов всех людей, либо относился менее чем к одному проценту тех, кто одинаково свободно владеет обеими руками.