Книга Королева Лета, умри, страница 55 – Любовь Минеева

— Ну и вали, придурок! Катись к своей Майе… или к Япрынцевой – вместе в аду горите!

На секунду Вика опомнилась – слишком уж кощунственной показалась ей мысль – и машинально огляделась: на жаркой пыльной улице было пусто. Она вновь дала волю чувствам:

— Тоже мне нашелся! Герой-любовник! Да кому ты нужен, валенок? Всю жизнь – на задних партах! Скажу Димке – он тебя вообще прибьет! Вместе с твоей Майкой толстожопой! Ну и будьте счастливы, два чмошника!

Она стрелой летела по улице, не поднимая взгляда от подола платья. Вырядилась еще как дура! Не дай бог кто увидит – засмеют. Но улица оставалась пустой – слишком жарко и для досужих прогулок, и для работы во дворе.

Сначала она и правда верила, что хочет разобраться со всем этим ради семьи, хотя и мелькало иногда чувство мрачного удовлетворения, что всеобщий любимчик Димочка вляпался в такую стремную историю, наконец-то и он доставил родителям неприятности! Но когда дело дошло до камней в витрины отцовских магазинов и откровенно ненавидящих косых взглядов односельчан, Вика по-настоящему испугалась. Она слышала, как отец с матерью рассуждают о том, что, возможно, придется спешно все продавать и уезжать куда-то подальше, чуть ли не с пустыми руками, а там – начинать все заново. Вика слышала, как плачет мать, и видела состояние отца – растерянное, как у ребенка, который не понимает, куда делся привычный мир.

Потом Диму отпустили, Япрынцевым заткнули рот приличной суммой денег, и все вроде постепенно возвращалось на круги своя, но Вика вдруг поняла, что за это придется заплатить дружбой с Ленькой. А она уже привыкла, что он рядом. К хорошему ведь быстро привыкаешь.

Перед калиткой своего дома Вика остановилась. Мама сейчас непременно припашет: заставит убираться или помогать с готовкой, потом отец с Димкой приедут на обед… А все, чего ей хотелось, – тишины и одиночества! Развернувшись, она пошла к мосту.

Лес встретил приятной прохладой и спасительной тенью – Вика какое-то время постояла в наслаждении, закрыв глаза и прислонившись к дереву. Мысли постепенно успокаивались.

— Ну и ладно! – выпалила она деревне на другом берегу. – Я сама разберусь с этим делом! Буду вести расследование в одиночку, найду этого ублюдка, отстою честь семьи и в полном блеске славы уеду навсегда из вашего дурацкого Юмаково!

И пошла по еле заметной тропинке вдоль реки – в сторону поляны со знаком Лады на березе. Вдруг там остались какие-то следы? Они в тот раз что-то проглядели, она уверена! Надо пошарить в траве. Всегда что-то находится: окурок со следами помады, обрывок платка с инициалами… Вот ведь наслушалась от Леньки про его идиотские детективы!

Чем дальше в лес – тем менее гостеприимными казались его своды. Тени стали гуще, воздух – холоднее. Или у нее бегут мурашки от этих мест? Словно бы тут кто-то есть. Сверлит взглядом, легкой тенью скользит по пятам – то вспугнет птицу, то хрустнет валежником… Вот и поворот к поляне. Виден просвет среди деревьев.

Вика перевела дух, пристально оглядела местность. Что-то темное качнулось меж зарослей… Нет, всего лишь старый тополь с почерневшим от времени стволом.

Поляну заливало солнце, и Вика на секунду зажмурилась.

Страх не исчез. Прохладный мрак леса все еще дышал в спину, Вика не слышала шума реки, а это значило, что она уходит все глубже от деревни. Все дальше от мира людей. Но тут более практичные дела вытряхнули ее в реальность.