Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 79 – Брэдли Бэлью

Мерьям подалась вперед, будто пытаясь подняться, но потеряла равновесие – Рамад вовремя подхватил ее, легкую, как ягненок, и уложил на койку. Снял шарф с ее головы, заботливо укрыл одеялом.

— Хамзакиир… – прошептала Мерьям. – Хамзакиир…

Это имя ничего не говорило Рамаду.

— Кто такой Хамзакиир?

Но она не ответила, лишь повторяла одно и то же снова и снова. В конце концов Рамад поцеловал ее в лоб и ушел на камбуз, готовить фекку.

На третий день после турнира Чеда села у окна, на котором выращивала цветы, и, прихлебывая кориандровый чай, открыла купленную вчера историческую хронику.

Книжка оказалась ерундовая, все события были приукрашены, но Чеда все равно пролистала ее, надеясь найти хоть какой-то намек на разгадку маминого стиха. Чем дольше она читала, тем сильнее злилась – и в конце концов швырнула книжку в стену, взметнув облачко штукатурки.

Мало! Чеда понимала, что это лишь огрызки истории, и отчаянно хотела узнать больше. Мама нашла что-то: подсказки, следы, ведущие в глубину времен, к ночи Бет Иман. Не потому ли она пошла в Обитель Королей? Не потому ли ее убили? Чеде отчаянно хотелось докопаться наконец до правды, затерявшейся среди легенд. Но как? Большую часть историй она узнала не от мамы, редко говорившей о прошлом, а от Иб'Саима на базаре и от Ибрагима, разъезжавшего на тележке по городу, собирая сплетни. Но их рассказы были бесконечно далеки от правды.

Чеда читала множество эпических поэм о войне и победе Шарахая – поэмы, одобренные Королями и сочиненные в лучшем случае правнуками тех, кто жил тогда. Некоторые даже приписывали самим Королям.

Нужно найти более достоверный источник. Но где? Короли перекроили прошлое под себя, убивая всех, кто выступал против них. Считалось, что Зегеб, Король Шепотов, мог слышать заговорщиков даже сквозь стены. Чеда не знала, правда ли это, но прекрасно понимала, что такие слухи играют на руку Королям: кто осмелится болтать лишнее, думая, что его услышат?

Чеда села на край кровати, помассировала веки. Слова асира связаны с мамой… но как? Она всегда гордилась, что знает побольше, чем обычный уличный сорванец, но не готова была к тайнам такой величины, такой сложности. Положив книгу в одну из трех стопок, выросших у ее кровати за три дня, Чеда признала наконец, что ответ сможет найти только на улицах.

Она стала словно кочевница, пытающаяся по выбеленным солнцем костям определить, что за зверь перед ней. Но искать правду среди городских легенд – все равно что смотреть на кривой, косой скелет, собранный на скорую руку из костей разных животных. К тому же, бесполезные байки могут дорого обойтись и завести в тупик. Как отличить правду от лжи?

Впрочем, Шарахай хорош тем, что в нем можно найти что угодно, если знать нужных людей.

Где только их взять…

Когда солнце окончательно встало, Чеда налила еще чашку и вошла к Эмре с чаем в одной руке и микстурой Дардзады в другой. Половину микстуры Эмре проглотил сразу, но на большее его не хватило.

— Чеда, это же воловья моча! Вот скажи, зачем тебе днем и ночью поить меня воловьей мочой, а?

Чеда спокойно выдержала его взгляд.

— Иначе сам пойдешь кормить червей.

Эмре принюхался к пузырьку и поморщился.

— Почему нет? Черви хотя бы не воняют.

— Замолкни и пей, дурень.