Книга Двенадцать королей Шарахая, страница 210 – Брэдли Бэлью

Будь что будет, решила Чеда. Она слишком устала, поэтому просто налила себе полную кружку вина и выпила едва ли не залпом.

Они с Девами проболтали всю ночь: об их детстве, их родителях, их роскошной жизни на Золотом холме, прежде чем они были выбраны для служения. И когда Чеда отправилась наконец в свою комнату, ненависть к себе вновь переполнила ее. Боги всемогущие, ей нравилась Мелис, нравилась Джализ, хоть та и была насмешливой и жестокой на словах.

Чеда поставила саблю в угол и легла в постель, перебирая в памяти все, что с ней произошло.

Будь готова, велела она себе. Будь начеку, а боги сделают остальное.

Наконец она уснула. Ей снились текучие пески пустыни, изогнутые деревья и мерзостные создания. Рядом стоял какой-то мужчина, но она не понимала, Эмре это, Рамад или кто-то еще.

Проснулась она еще до рассвета, быстро оделась в черное платье Девы, которое выдала ей Заидэ, и, повесив на пояс шамшир, прокралась в спальню Камеил.

Та вернулась вчера поздно и еще спала, но стоило Чеде потрепать ее по плечу, как она проснулась, уставилась на нее, потом на меч. Чеда поманила ее за собой. Камеил нахмурилась, но послушалась, и вскоре они уже стояли друг против друга во внутреннем дворе.

Камеил положила ладонь на рукоять новой сабли, дарованной Хусамеддином.

— Что? Хочешь мне отплатить? – Она кивнула на шамшир, висящий на поясе Чеды. – Нет? Это был просто танец, пташка. Если это так ранит твое нежное сердечко, возвращайся в свою канаву.

Чеда так и не притронулась к сабле. Сверля Камеил тяжелым взглядом, она подошла к ней на расстояние вытянутой руки.

Камеил была на голову выше, но выглядела внушительно не только из-за роста – Чеда знала о ее умениях, видела безумный огонек в глазах. Она пошла бы на что угодно, чтобы защитить своих сестер и Королей.

Но Чеде было все равно. Она не могла и не хотела жить в страхе перед этой женщиной.

— Там, откуда я родом, за то, что ты сделала в Солнечном дворце, вызывают на смертельный поединок.

Камеил, до этого усмехавшаяся, помрачнела.

— Так ты этого хочешь? Дуэли?

— Не хочу. Но если ты снова выкинешь такое, она случится. И на этот раз рядом не будет Короля, который тебя защитит.

Камеил внимательно взглянула ей в глаза, пытаясь понять, серьезна ли она. Чеда никогда еще не была так серьезна: может, ей на роду написано умереть, но пресмыкаться перед Камеил и остальными Девами она не станет.

Камеил вдруг расхохоталась долгим, раскатистым смехом.

Одним молниеносным движением она выхватила меч, но не атаковала, просто протянула его Чеде клинком вверх, показывая гравировку на рукояти.

— Имя этой сабли – Летящее крыло. Хусамеддин сам его выбрал.

Янтарник. Птица мира.

Чеда не сдержалась и рассмеялась в ответ, выпуская все накопившееся напряжение.

— На моем первом шамшире, том, который ты сломала, была гадюка. – Камеил занесла саблю выше. – Может, это и знак мира, но гадюку так просто не убить. Ты поняла?

— Поняла, – ответила Чеда.

Пусть ей не нравилась Камеил, она не могла не уважать ее верность.

Камеил сунула меч в ножны и хлопнула Чеду по плечу с такой силой, что едва не сбила ее с ног.

— Там, откуда я родом, мы зовем это хорошей сделкой. – Она протянула Чеде руку. – Пусть и повод мрачноват.

Чеда не знала, всерьез она говорит или нет, но чувствовала в ее голосе искренность. Камеил по-дружески стиснула ее предплечье. Не сговариваясь, они встали на позиции и разминались, пока не скрестили клинки.