Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 322 – Жоубао Бучи Жоу

— Вот оно что… – Глаза Наньгун Лю вдруг раскрылись шире, словно на него снизошло озарение, и он с почтительным поклоном накрыл ладонью кулак другой руки. – Премного благодарен за науку, великий мастер! Став главой, я не позабуду о нашем договоре. После того как дело будет улажено, школа Жуфэн и храм Убэй… навек окажутся связаны крепкой дружбой!

Сгоравший в ночи длинный свиток у всех на глазах вскрывал, будто незажившие нарывы, уродливую правду о всех, кого Сюй Шуанлинь ненавидел, о всех, кто когда-то нанес ему обиду. Будь то совершенствующиеся или же простой люд, обитавший в окрестностях школы Жуфэн, – всех выводили на чистую воду быстро сменяющие друг друга изображения в горящем пламени, открывая взглядам зрителей уродливых, вонючих вшей, что копошились под парадным платьем.

Когда Сюй Шуанлинь распечатал врата преисподней, он с улыбкой произнес: «Я уничтожу ваши сердца, сожгу их все без остатка».

Лишь теперь все наконец поняли истинный смысл его слов.

Наньгун Сюй столько лет скрывался в школе Жуфэн под личиной старейшины Шуанлиня не только для того, чтобы уничтожить семьдесят два города школы Жуфэн вместе с ее вековым наследием. Он жаждал уничтожить всех, кого ненавидел: тех, кто притеснял его, тех, кто оклеветал его, тех, кто ради личных или общественных выгод загнал его в угол.

Его старший брат Наньгун Лю был лишь первой жертвой, чью голову он водрузил на алтарь своей мести. За ним должны были последовать главы других школ, старейшины, да кто угодно – никому из тех, кто хоть раз вызывал гнев Сюй Шуанлиня, было не сбежать с этой огненной плахи.

Глядя на языки пламени, вздымавшиеся до самых ночных небес, Чу Ваньнин вдруг вспомнил с ног до головы залитого кровью молодого человека из воспоминаний Ло Сяньсянь, который улыбнулся ей и сказал: «Есть в Линьи один человек, ему всего двадцать, но его сердце уже мертво».

С молодым человеком, который от природы был одарен редким талантом и всегда был на голову выше других, постоянно обходились несправедливо. Самые близкие люди строили против него козни, всячески притесняли и собирались его погубить. Изобретенную им технику, в которую он вложил всю душу, нагло прибрали к рукам, и тот, кто это сделал, вдобавок опозорил его, назвав вором.

До чего все это нелепо…

«Ему всего двадцать, но его сердце уже мертво».

И на озере Цзиньчэн, и в Персиковом источнике каждый «белый камень» Сюй Шуанлиня от его имени со смехом называл себя демоном, который выбрался из самых глубин преисподней и пришел по живые души. Чу Ваньнин осматривался и повсюду видел лишь до смерти напуганных представителей школ Верхнего царства. Вокруг царил полнейший хаос, и с падающего дерева бежали все обезьяны, не только одна школа Жуфэн.

Все оставшиеся годы своей жизни Сюй Шуанлинь превратил в дрова для костра личной мести.

И костер разгорелся ярко.

Бум! Внезапно раздался жуткий грохот, и в небо над седьмым городом Жуфэн – Тайным городом – ударил столб лилового света, столь ослепительного, что всем пришлось зажмуриться.

— Беда! – Е Ванси нахмурила брови.

Она хотела было полететь на мече к Тайному городу, но Наньгун Сы ее остановил. Всего за одну ночь лицо этого порывистого и своевольного молодого мужчины утратило всю свою живость; казалось, еще немного – и Наньгун Сы окончательно падет духом. Однако он крепко ухватил Е Ванси за плечо и хрипло произнес: