Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 254 – Жоубао Бучи Жоу

— Жених мой, почему вы тоже идете туда?

— Выиграю немного денег и прикуплю тебе разных украшений.

Су Цютун ничего на это не ответила, только медленно опустила свое сияющее красотой лицо, и на лоб ей упало несколько шелковистых черных прядей. Со стороны девушка выглядела крайне робкой и смущенной. Когда Чу Ваньнин, нечаянно бросив взгляд в сторону молодых, увидел эту сладостную сцену, он так смутился, что почти сразу отвернулся, а потому не заметил, как на лицо Сун Цютун опустилась едва заметная тень тревоги.

Наньгун Сы тем временем с улыбкой взял кисть и прошелся вдоль стола, выбирая, на кого поставить. Когда он уже был готов записать свою ставку, где-то сзади вдруг раздался резкий свист. Миг – и Наньгун Сы, обладавший поистине волчьими инстинктами, увернулся от стрелы, которая пронеслась мимо стремительной белоснежной вспышкой и задела его по щеке, а затем с треском вонзилась в одну из толстых позолоченных колонн. Наконечник вонзился глубоко в дерево, и во все стороны полетели щепки.

— Кто это?

— Убийца!

— Берегитесь! Стражу сюда!

Резкий тревожный свисток эхом прокатился по всем семидесяти двум городам школы Жуфэн. В павильоне Шилэ, еще мгновение назад наполненном звуками музыки и радостных голосов, поднялся переполох, и все гости разом обнажили мечи.

Потемневшие глаза Наньгун Сы свирепо сверкнули. Он резким движением стер с щеки кровь, потом подошел к колонне и задрал голову.

Из колонны, глубоко вонзившись в твердое дерево, торчала самая обыкновенная стрела, к которой был привязан маленький кусок бамбуковой трубки. Наньгун Сы хладнокровно сдернул ее со стрелы, с яростью зубами сорвал с нее сургуч, и изнутри выпало сложенное послание.

Наньгун Сы развернул бумагу и с застывшим лицом пробежал глазами самое начало письма. Внезапно изменившись в лице, он сильно сжал пальцами листок и еще раз перечитал, будто не в силах поверить написанному. После того как Наньгун Сы снова внимательно прочел послание, он мелко задрожал всем телом, а его пальцы даже проткнули бумагу насквозь.

— В чем дело, Сы-эр?

Наньгун Сы поднял голову. Его нос наморщился, как у оскалившегося волка, и весь он в тот момент был похож на дикого зверя.

— Просто-напросто клевета!

С этими словами он уже собрался было уничтожить письмо, но Наньгун Лю его опередил. Вскинув руку, он с помощью духовной силы обездвижил своего сына и хмуро спросил:

— Что такое? Отдай мне это письмо.

— Вам не стоит это читать, отец. Всего лишь лживые бредни!

Наньгун Лю его не послушался. Взмахом рукава он велел слугам забрать листок у Наньгун Сы, который не мог и пальцем пошевелить. Когда письмо оказалось в руках у Наньгун Лю, он пробежал его глазами, после чего бросил быстрый взгляд на Сун Цютун. На его лицо в тот миг было страшно смотреть. Прежде чем кто-то успел опомниться, Наньгун Лю поднес бумагу к огню, и она мгновенно превратилась в кучку черного пепла. Затем он повернулся к гостям и с деланым смешком сказал:

— Мой сын был совершенно прав: не более чем лживые бредни. И кому пришло в голову так дурно пошутить? Это и в самом деле…

— «В самом деле» что? – внезапно раздался хриплый голос откуда-то с крыши.

Гости в смятении уставились наверх. Е Ванси, с лязгом обнажив меч, загородил собой Наньгун Сы. Чу Ваньнин тоже поднялся на ноги и пристально всмотрелся в тот участок крыши, откуда доносился голос.