Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 3, страница 240 – Жоубао Бучи Жоу

— Браслет камней Семи звезд? А вы щедры, молодой господин Наньгун.

— Хорошее развлечение для меня много дороже.

Туго натянув поводья, Наньгун Сы вновь опустил голову и сказал Сун Цютун:

— Держись крепче и постарайся не упасть. Скажи мне, если будем скакать слишком быстро.

Мо Жань покосился на Су Цютун и усмехнулся.

— Можете уже прощаться со своим браслетом, молодой господин Наньгун.

— Ха, не стоит меня недооценивать! Я вырос на волчьей спине, и лишний человек для меня не помеха – мог бы взять и еще одного. Давайте я досчитаю до трех, и мы начнем. Один, два, три!

Едва затих последний звук, три белоснежные тени, будто три оперенные стрелы, стремительно сорвались с места и помчались сквозь пустынное пастбище. Не прошло и нескольких мгновений, как они достигли кромки леса на краю охотничьих угодий и нырнули в чащу.

Поначалу Чу Ваньнин старался скакать помедленнее и держался позади Наньгун Сы, но потом до его ушей стали все чаще долетать пронзительные визги Сун Цютун. Очень скоро у Чу Ваньнина от ее криков устали уши; а когда эта девица вдобавок начала хныкать и капризничать, привлекая к себе внимание, ехать позади стало и вовсе невыносимо, так что Чу Ваньнин, не стерпев, прибавил ходу и обогнал их.

Когда крики «молодой господин, помедленнее!» за спиной стали постепенно удаляться, Чу Ваньнин мало-помалу начал наслаждаться ездой верхом на демоническом волке. Этот волшебный зверь был столь смышленым, что Чу Ваньнину было достаточно лишь шевельнуть пальцем, чтобы Наобайцзинь немедленно понял его желание и в точности его исполнил. Да, неудивительно, что Наньгун Сы так высоко ценил этих животных.

Зимний ветер дул Чу Ваньнину в лицо, но он не чувствовал холода. Подняв голову, он устремил взгляд на пестрые пучки солнечных лучей, которые тянулись от неба к самой земле нескончаемыми золотистыми нитями и проносились под волчьими лапами бурными сияющими ручейками. Чу Ваньнин невольно расплылся в улыбке. Бешеная гонка полностью захватила его и доставляла такую радость, что он даже подстегнул Наобайцзиня, заставив его мчаться по лесу еще быстрее. Волк послушно понесся вперед, впиваясь когтями в толстую лесную подстилку и взметая в воздух опавшую хвою.

А позади Чу Ваньнина, не отставая ни на шаг, мчался Мо Жань верхом на волке с черными когтями. В миг, когда Чу Ваньнин вспомнил об этом, его сердце вдруг наполнилось необъяснимой радостью и спокойствием.

Он внезапно почувствовал, будто твердокаменные стены в его душе рухнули, а сам он наконец получил право делать что хочет и свободно мчаться вперед. А еще Чу Ваньнин почему-то был уверен, что как бы далеко он ни умчался, все равно услышит позади стук знакомых шагов, ведь этот человек всегда будет неотступно следовать за ним.

Чу Ваньнин с Мо Жанем почти одновременно достигли берега озера Ганьцюань. Его прозрачные воды оттенка лазури сияли, будто драгоценное зеркало, а благодаря обилию в них духовной силы берега в это холодное время года были покрыты цветами и плодовыми деревьями. Здесь среди зимы шелестели густой листвой мандариновые деревья, пряча в нефритово-зеленых кронах золотистые плоды и наполняя воздух свежим, сладковатым цитрусовым благоуханием.

Спрыгнув на землю, Чу Ваньнин осмотрелся вокруг и подытожил:

— До чего превосходное место – здесь будто собрано все самое лучшее.