Книга Механический принц, страница 198 – Кассандра Клэр

Он отпрянул, хватая ртом воздух:

— Прости, Тесса, я не сдержался…

— Думаю, что намеренно, Джеймс, — улыбнулась она.

— Когда я увидел тебя… Ведь я просто хотел спросить, могу ли проводить тебя в гостиную. Но ты такая красивая сегодня! — Он коснулся ее волос. — Боюсь, как бы от такой страсти ты не начала терять лепестки, как цветок на холодном ветру.

— Конечно. Я хотела сказать, ты можешь проводить меня в гостиную.

— Благодарю. — Он легонько провел рукой по ее щеке и пытливо посмотрел в глаза. — Я боялся, что проснусь утром, и все окажется сном. Но ты и правда сказала мне да, так ведь?!

Она кивнула, но в горле стояли слезы. Хорошо хоть лайковая перчатка надежно скрывает ожог на левой руке.

— Мне право жаль, что я такая плохая партия для тебя, Тесса. В смысле, не так уж долго нам быть вместе. Связать свою жизнь с умирающим, хотя тебе всего шестнадцать…

— А тебевсего семнадцать! И есть время, чтобы найти противоядие, — прошептала она. — Мы обязательно найдем его! Я всегда буду с тобой, всегда.

— Что ж, я оченьнадеюсь! Когда две души едины, они остаются вместе на колесе перевоплощений. Я родился в этом мире, чтобы любить тебя и в этой, и в следующей, и в следующей жизни!

Она вспомнила слова Магнуса: «Мы прикованы к этой жизни золотой цепью и никогда не осмелимся променять ее на то, что ждет нас за кулисами».

Теперь она поняла, что он имел в виду. Бессмертие — дар, но не без определенных побочных последствий. «Ведь если я бессмертна, тогда жизнь у меня всего одна. Мне не суждено переродиться, как тебе, Джеймс. И я не увижу тебя на небесах, или на берегу великой реки, или еще где-нибудь за пределами этой жизни».

Но она промолчала — зачем расстраивать его сейчас? В одном она была уверена твердо — ей отчаянно хотелось защитить его от любой боли и разочарований, стоять между ним и смертью, сражаться за него, как Боадиция сражалась с римлянами, защищая свои земли. Она коснулась его щеки, а он прижался лицом к ее волосам, украшенным анютиными глазками цвета глаз Уилла. Так они и стояли, прильнув друг другу, пока не раздался второй звонок к обеду.

* * *

Сегодня Бриджет, как всегда распевавшая мрачные баллады на кухне, превзошла саму себя. По всей гостиной она расставила свечи в серебряных подсвечниках — комната так и мерцала огнями. В серебряные чаши с водой положила свежесрезанные розы и орхидеи, стол застелила белой льняной скатертью. Генри и Шарлотта восседали во главе стола. Гидеон во фраке глаз не сводил с Софи, сновавшей взад-вперед. Она же нарочито избегала его взгляда. Уилл сел рядом с Гидеоном.

«Я люблю Джема и стану его женой», — Тесса повторяла это снова и снова, пока шла по коридору, но ничего не помогало: сердце судорожно забилось в груди, когда она увидела Уилла. С того маскарада она видела его лишь в повседневной одежде, и не могла не заметить, что, несмотря на бледность и усталость, он был неимоверно красив во фраке.

— Ваша повариха всегдапоет? — спросил Гидеон с тревогой в голосе, когда Джем и Тесса вошли в гостиную.

Генри поднял голову и радостно улыбнулся им во все свое веснушчатое лицо.

— А мы уже гадали, куда вы оба подевались… — начал он.

— Мы с Тессой хотим вам кое-что сообщить, — выпалил Джем.

Он взял Тессу за руку, а она застыла на месте, глядя на удивленные лица всех троих, нет, четверых, считая Софи, которая только что вошла в комнату. Уилл уставился на серебряную чашу перед собой; в ней плавала белая роза и, казалось, Уилл готов смотреть на нее, пока роза не утонет. Бриджет все так же распевала на кухне очередную заунывную песню, слова долетали вполне отчетливо: