Книга Ловец Мечей, страница 116 – Кассандра Клэр

— Монсеньер. Мне придется попросить вас уйти, – услышала она собственный голос.

Принц напрягся.

— Что?

Лин смотрела на своего пациента. Теперь, когда кровь была смыта, она могла изучить его тело. Ей показалось, что он в целом здоров, цвет кожи был нормальный, мышцы выглядели хорошо натренированными. Но раны в боку и в груди оказались не единственными. Его смуглый торс был испещрен многочисленными белыми линиями; некоторые были тонкими, как струны, некоторые – широкими, уродливыми. Ей уже приходилось видеть такие шрамы у тех, кто зарабатывал себе на жизнь, сражаясь на Арене.

— Это тонкая и ответственная работа, – произнесла она, в упор глядя на принца. – Мне нужно сконцентрироваться, а сьеру Анджуману необходимо отдохнуть.

— Все в порядке, – возразил Анджуман, но его свободная рука комкала простыни.

— Тсс, – перебила его Лин. – Вам нельзя разговаривать. А вы, монсеньер, можете задать свои вопросы потом. Сейчас вы должны оставить меня наедине с пациентом.

Принц, судя по выражению его лица, испытывал одновременно шок и ярость. Он стоял неподвижно, стиснув зубы. Лин краем глаза видела Майеша, который наблюдал за этой сценой совершенно бесстрастно. Это раздражало. Но намного больше ее волновало то, что уходило драгоценное время. Промедление могло стоить раненому жизни.

Принц скрестил руки на груди. Зашуршала жесткая парчовая ткань.

— Я уйду, если вы пообещаете мне, что спасете ему жизнь. Что он не умрет. Ни сегодня, ни через несколько дней.

У Лин возникло такое ощущение, словно она проглотила кусочек льда.

— Я не могу этого обещать. Я сделаю все, что смогу, чтобы предотвратить заражение…

Принц покачал головой, и темные кудри упали ему на глаза.

— Я требую, чтобы вы пообещали.

— Вы требуете слишком многого, – возразила Лин. – Вы пытаетесь отдавать приказания Жизни и Смерти, а они никому не подчиняются, даже Аврелианам.

Наследный принц молча смотрел на Лин, и она видела человека, не привыкшего к отказам. И подумала: как может ее дед каждый день проводить с людьми, которые никогда не слышали слова «нет», а если слышали, то знают, что могут не обращать на него внимания?

— Конор, – произнес Майеш, мягко, без упрека в голосе, – позвольте ей выполнить свою работу. Так будет лучше для Кела.

Принц Конор оторвал взгляд от лица Лин и бессмысленно уставился на своего кузена.

— Если он умрет…

Не договорив, он развернулся на каблуках и вышел из комнаты. Майеш коротко кивнул Лин и последовал за ним. Дверь захлопнулась, и в спальне воцарилась жуткая тишина.

Лин казалось, что сердце бьется где-то в горле. Что она сейчас сделала? Она только что оскорбила наследного принца. Она выгнала королевского сына из его собственной комнаты. Ее мутило от страха. Как она могла, о чем она думала? Но нет, сейчас нельзя было волноваться о таких вещах. Необходимо было сосредоточиться на пациенте. Он беспокойно пошевелился.

— Не двигайтесь, сьер Анджуман, – сказала Лин, склонившись над ним.

Как и у принца Конора, у него были серые глаза с пушистыми черными ресницами.

— Называйте меня Кел. Не надо никакого «сьера». Просто Кел. И если вы попробуете приставить ко мне пиявку, я буду кусаться, – произнес он с энергией, удивившей ее.

— Никаких пиявок. – Она встряхнула ампулу и, двумя пальцами взяв Кела за подбородок, запрокинула ему голову. Он был небрит. – Откройте рот и держите это под языком.