Книга Металлический вкус космоса. Пенталогия в одном томе, страница 107 – Юрий Корнеев

Утром Линда меня снова сменила в рубке, и я отправился на лёгкий крейсер. За день я полностью привёл в порядок погнутые балки и приварил на место срезанной балку со среднего крейсера. Приварил аккуратно, в узлах соединения, подогнав перед этим под размеры и изгиб родных балок. Обшивку пришлось тоже снимать с разбираемого крейсера, что не составило труда, так как броню с этого места уже сняли. Её я тоже, кстати, приволок к своему крейсеру. Она, конечно, не совпадает по размеру с родной, но пробоину закроет, и если не приглядываться, то разница почти незаметна. Но обшивать бронёй буду завтра, на сегодня – шабаш. Мне ещё программу писать на взлом искина этого крейсера. Как раз, пока закончу с ремонтом, мой планшет с искином с этим разберётся. Не думаю, что возникнут сложности. Всё-таки пираты – это не вояки, у них с безопасностью информационных систем слабовато. Если они вообще заботились хоть какой-то системой безопасности.

Спать в этот раз пошёл в каюту. В самом деле, какого чёрта? Корабль стоит, можно сказать, на приколе, без движения, а я должен всю ночь торчать в рубке? Да, понимаю, так положено по флотскому уставу, но где я и где флот? Во флоте на кораблях полные экипажи, и они могут себе позволить держать в рубке дежурного пилота, а у меня экипаж из двух человек, так о каком уставе может идти речь? Так что спать отправился под бочок к Линде. Но без всяких поползновений и интересных предложений. Да и предлагать было некому – пока я писал программу, Линда уже уснула, и будить я её не стал. Да, в общем-то, и сам чертовски устал.

Утром разрешил Линде не сидеть постоянно в рубке, а свободно передвигаться по кораблю, но скафандр не снимать. К вечеру всё закончил: и с ремонтом пробоины и со взломом искина. Гор даже перегонный экипаж прислал на корабль, пилота и двух техников. Пилотом стал как раз мой хороший знакомец Мик. Несладко ему придётся – воздух я смог закачать только в рубку, так что всю дорогу ему придётся находиться там.

Система жизнеобеспечения, к сожалению, накрылась, после моего удачного выстрела. Но для того Гор и отправил туда двух техников, чтобы они за время пути попытались её отремонтировать. Но я очень сомневаюсь, что у них получится – нужных запчастей нет ни у пиратов, ни у нас. И у меня бы ничего не получилось. Но ничего, пусть работают, всё мне меньше работы достанется. Восстанавливать-то её так и так мне придётся. Но это уже у себя в доке. Там и прикупить недостающее можно, а что-то и на принтере изготовить. Сделаю, насчёт этого я не переживаю.

В принципе, улетать можно было уже вечером. Мик погонял все системы крейсера в моём присутствии, конечно, и остался доволен их работой. Фрегат уже висел на подвеске у грузовика. На астероиде остались только два обобранных скелета – большой и маленький. Грустно. Вот и умерли корабли, уже окончательно. Хоть они и служили врагам, но были живыми, и в смерти одного из них виноват я. Пиратов мне было совсем не жаль, хотя от их растерзанного вида до сих пор мутило, а вот корабли – жалко. Но ничего не поделаешь, как говорят умные люди: такова жизнь.

Гор решил лететь с утра, чтобы люди немного пришли в себя после ударного труда. Хотя трудились в основном его техники и я, а остальные бездельничали. Но с командиром не спорят, а он по контракту – мой командир до возвращения на станцию. Так что идём спать, вымотался я и в самом деле очень сильно. Всё-таки работа в пустоте, в скафандре, и в доке, в спокойной обстановке – это две большие разницы, как говорили в Одессе, когда Одесса ещё была Одессой.