Книга Разъяренный дракон, страница 56 – Цинхань Цэцэ

Стоял конец июля, летняя жара была невыносима. Дул ветерок, но он был полон зноя, все вокруг заполннял стрекот цикад, от чего полдень словно становился еще более душным. У подножия горы Ушань, по обеим сторонам проезжей дороги, вдоль обочины, пышно цвели кусты лагерстремии, гроздья соцветий густо покрывали ветви, как будто те были обмотаны парчовой тканью.

А-Нань подняла руку и коснулась цветов, позволив лепесткам рассыпаться на ладонь. Ослепительно яркие, они были подобны языкам пламени, поджегшему угольные пласты под Шуньтяньфу, такие же беспорядочные и не поддающиеся совершенно никакому контролю.

Вдруг в душе А-Нань внезапно мелькнула мысль – знал ли Господин о том, что тогда собирался сделать Цзи Чэнмин?

Девушку словно окатили ледяной водой; несмотря на жаркую погоду, на спине у выступил холодный пот. Затем она решительно покачала головой, отбросив эту жуткую мысль и строго наказав себя не фантазировать. В конце концов это ее Господин, заботливый и милосердный к людям, Господин, приказавший ей сохранить дамбу на Хуанхэ, Господин, спасший ее в детстве от смертельной опасности. Даже мимолетное сомнение было осквернением его имени.

Когда А-Нань пришла к дому Чу Юаньчжи, у обветшалых ворот она заметила оживленное действо.

— Лагерь Отряда чудесных механизмов Наньчжили торжественно приглашает господина Чу на должность знаменосца левого полка, – высокопарно декламировал чиновник, явившийся с печатью, форменной одеждой и ящиками разного размера. – Впредь, согласно установленному порядку, присутствием ямэнь вам будут выплачиваться жалованье, пособия, деньги на повседневные домашние расходы, а также на содержание жены и детей. Просим господина с завтрашнего дня являться в ямэнь на перекличку без опозданий.

Соседи остолбенели. У кого-то рот не мог сомкнуться от удивления, кто-то завистливо перешептывался, а кто-то украдкой указывал на руку Чу Юаньчжи:

— Даже такие убогие могут стать чиновниками? Вот это его пращуры на небесах постарались!

Чу Юаньчжи дрожащими руками принял печать и, в благодарность оповестившим его чиновникам, поднес небольшие деньги.

А-Нань не стала мешать, обошла забор и сразу направилась во внутренний двор, где увидела, что Цзинь Би-эр делает бархатные цветы. А-Нань взяла несколько лент и привычным манером принялась помогать ей, заодно спросив об учебе Чу Бэйхуая.

— Сяо Бэй уже перешел из подготовительного класса в класс «Основы», учитель говорит, что у него есть хорошая база, он быстро схватывает… – как только речь зашла о ее ребенке, лицо Цзинь Би-эр просияло, теперь ее невозможно было остановить.

Когда подошедший Чу Юаньчжи увидел, что жена оживленно беседует с этой несущей невзгоды девушкой, в сердце его невольно поднялась тревога, он почувствовал неладное.

— Девушка Нань, в лагере Отряда чудесных механизмов мне сообщили… что я должен передать тебе партию селитры и керосина. Эти все опасные вещества, зачем тебе, девушке, так много?

— Много? Дай-ка я сама взгляну, много ли, – А-Нань радостно встала и пошла перебирать полученные компоненты. – Ты же величайший мастер огня в Поднебесной, а еще беспокоишься об опасности?

— Девушка, ты принижаешь меня, – горько усмехнулся Чу Юаньчжи, – как могут мои скромные умения сравниться с твоими?