Книга Разъяренный дракон, страница 102 – Цинхань Цэцэ

А-Нань и Чжу Синхэ уже с трудом передвигали ноги в шторме, еле-еле добежали до берега. Из-за бури лодки на озере погрузились во всепоглощающий хаос, Сы Цзюй потерял управление, и его судно, кружась, неслось по воде, несколько раз почти перевернулось. Под пронзительные сигнальные свистки патрульные лодки приблизились к беглецам, на них тут же нацелились плотные ряды луков, ручниц и пушек. А-Нань и Чжу Синхэ оказались в ловушке: спасительной лодке не причалить, а крыльев у них нет.

Чжу Синхэ прижался спиной к спине А-Нань, они оперлись друг на друга. В этой критической ситуации А-Нань, сама не зная почему, не удержалась и посмотрела на Чжу Юйхэна на другом конце моста. Между ними было серьезное расстояние, дождь и ветер заслоняли обзор, но она увидела его согнувшуюся от неимоверной боли фигуру. Сердце резко сжалось: девушка поняла, что это проявилась «Шаньхэ Шэцзи».

Изначально А-Нань планировала, что после спасения Господина она поспешит погрузиться в море, исследует подземный город даже ценой своей жизни, прежде чем лопнет следующий меридиан в теле А-Яня. Она надеялась хотя бы так искупить вину перед ним. Однако человек предполагает, а Небо располагает.

Почему очередной меридиан внезапно лопнул сейчас, лишив ее возможности загладить вину? Так или иначе, дело уже сделано, время вспять не повернешь.

— А-Нань, поборемся еще раз вместе? – донесся до ее слуха голос Господина, такой же, как она слышала бесчисленное множество раз на море.

— Хорошо, – твердо ответила она, стиснув зубы и отбросив досаду и чувство вины.

Ливень слегка ослабил действие «Черного инея». Глядя на лес оружия, А-Нань прижалась спиной к спине Господина, готовая прыгнуть в озеро, и вдруг улыбнулась.

— Они думают, я выбрала день шторма, только чтобы он уничтожил «Небесную благодать»?

Чжу Синхэ не успел ответить. Над озером уже раздался грохот – разом выстрелили все пушки и ручницы, нацеленные на них. Хотя ливень намочил порох, в оружии осталось достаточно огневой мощи, которую стрелки на лодках безжалостно обрушили на них.

* * *

Мир перед глазами Чжу Юйхэна потемнел, стал расплывчатым и тусклым, его глаза различали только брызги пламени по поверхности озера, похожие на связки причудливых ярких цветов. Но и эти внезапно распустившиеся цветы в один миг оказались поглощенные штормом, над озером поднялись огромные волны, разбив водную гладь окончательно. Со стороны Ханчжоу налетели огромные мутные волны, с размахом обрушились на них, словно свирепые звери, сметая все на своем пути. Этот шторм, объединившись с мощным морским приливом, залетел в реку Цяньтанцзян, прорвал стены Ханчжоу и выплеснулся в озеро Сиху, яростно взбаламутив его.

Под напором огромных волн Вэй Ханчжи изо всех сил уперся в каменный стол позади себя, укрывая Его Высочество от напора стихии. От яростных порывов ветра и дождя казалось, что даже небо и земля пришли в смятение.

Острая боль распространялась по каждому цуню кожи, по всем кровеносным сосудам, по костям Чжу Юйхэна, словно вдоль меридиана инь-цзяо кто-то вонзал в его тело острые ножи, а он совершенно не мог сопротивляться этому. От боли в теле в глазах потемнело, но никакая физическая боль не могла сравниться с глубокой обидой, поднявшейся в сердце.

«Следующий год ты принадлежишь мне».