Книга Будущее, страница 16 – swfan

Может, он попал в иллюзию? Или в карманное пространство? Создавать такие могли только маги Девятого круга либо чрезвычайно сильные артефакты. Возможно, слиток представлял собой именно такой, но…

— Вовсе нет. «Слиток» — это я, — оборвал его размышления удивительно спокойный и рассудительный голос.

Глинт вздрогнул, приподнимая взгляд. Стоявший на краю утёса неизвестный выпрямил спину, сложил руки за спиной и повернулся к нему. Его лицо и глаза всё ещё скрывали густые серые волосы, но Глинт всё равно почувствовал, что Оно смотрит прямо на него.

— И нет, мы не находимся внутри отдельного пространства, если не считать за таковое моё и твоё воображение.

Когда пытаешься не слить, но соединить, не поглотить, но сцепить два различных сознания, необходимо найти между ними нечто общее. Конкретно для нас я выбрал воображение. В данный момент и ты, и я воображаем это место, мы воображаем его одновременно, а потому находимся здесь и сейчас.

— Кто ты? — напрягся Глинт.

— Это вопрос — попытка разделить одно и другое. В нашем случае и в текущих условиях задача определённо необходимая. Пускай — но каждая вещь познаётся в сравнении. Каждую вещь познающий познаёт в сравнении с другими вещами и самим собой. Предположим. Тогда:

Ты — человек.

Ты — волшебник Третьего круга.

Ты — ученик Академии Лазара.

Ты — мечтаешь оставить своё имя в истории.

Тебя зовут Глинт.

Я — демон.

Я — магус Девятого круга.

Я — великий генерал демонического воинства.

Я — намереваюсь сместить нашу Владычицу с престола и стать новым правителем нашего рода.

Можешь звать меня Пантагрюэль.

…

…

…

С момента вторжения было предпринято великое множество попыток наладить контакт с демонами, но все они потерпели неудачу. Проблема была не в том, что демоны в принципе были неспособны на общение — нет. В процессе своей непрерывной эволюции они достаточно быстро сформировали интеллект, весьма похожий на человеческий, и даже стали отправлять шпионов, сам факт существования которых доказывал у них наличие способности понимать человеческий язык и социум.

Демоны могли бы общаться с людьми — если бы не считали подобное общение бессмысленным. Будучи по природе своей логическими созданиями, они понимали, что всякие переговоры представляют, в сущности, поиски компромисса. Также они понимали, что им не нужен был компромисс, что победа их была неизбежна и что их диалог с людьми будет настолько же полезным, как между коровой и мясником.

Постепенно человечеству пришлось оставить попытки наладить общение — к величайшему огорчению учёных волшебников, которым было чрезвычайно занимательно узнать, что происходит в сознании их заклятого противника.

Страсть к познанию иной раз приводит к безумным поступкам. Иные маги без колебаний отдали бы жизни, чтобы оказаться сейчас на месте Глинта — перед лицом разговорчивого демона; сам юноша, придя в себя, тоже вскоре почувствовал, как во мраке страха, который обуял его душу, постепенно начинает сверкать искорка интереса.

— Чего ты добиваешься? — спросил он.

— Я уже говорил, — сказал ему демон.

Глинт нахмурился, вспоминая их разговор до этого момента. Демон и правда уже сказал ему, что планирует стать новым правителем «своего рода». Тогда…

— Что тебе от меня нужно?

Это вопрос оказался более удачным. Демон по имени Пантагрюэль приподнял своей белый и тонкий, как у скелета, палец и показал прямо на него.