Книга 7. Война легиона, страница 38 – Николай Метельский

Об этом Сарина как-то не думала, но после слов Авелии, даже она слегка впечатлилась. Чего бы смог достичь Романов с поддержкой полноценной империи, а не её огрызка?

— Жаль, — выдохнула она. — Слишком молод был Романов для такой должности.

— Да, — выдохнула Авелия.

— Так, я не поняла, — тряхнула головой Сарина. — Почему книгу назвали Мессия? Пока ты рассказываешь о гениальном полководце, не более.

— Почему… — повторила Авелия. — Да потому что он не дал сдаться целой нации. В то время, когда остатки империи были готовы умереть, в лучшем случае, в бою, Романов кричал о будущем. О детях, которых надо вырастить, о домах, которые надо построить. Об империи, которую надо восстановить. Он десятилетиями тряс остатки империи, стараясь не дать людям скатиться в пучину отчаяния. Он раз за разом придумывал цели, которые необходимо выполнить. И даже уходя в свой последний поход… — сжала Авелия челюсть. — Его речь записана, её до сих пор помнят. Он говорил о будущем. О том, что те, кто вернётся, должны выпить за мёртвых. В Атоле до сих пор есть интересная традиция, — постучала Авелия пальцем по страницам книги, после чего спросила со злостью в голосе: — Знаешь, как она звучит? Первая чарка за мёртвых.

Даже у Сарины что-то кольнуло в сердце после этих слов. Отведя взгляд, она произнесла сквозь зубы:

— И что теперь? Я не Романов. Не такая сильная. Что мне теперь, убиться от горя? Так я и не против, но это слишком просто.

— Я не знаю, — произнесла Авелия тихо. — Я тоже не знаю, что делать. Я тоже… хочу увидеть родных. Мы делали, что могли. Как могли. Просто больно осознавать, что могли лучше. Больше. Чёртов Романов. Его боготворят в Атоле. Не за военные победы, это просто ещё один повод для гордости. Автор этой книги считает, что причины куда глубже. Он вывел на свет миллионы, не дал им опустить руки. Романов для атолийцев — даже не надежда, он столп, который держал их души. Мессия…

— Да мне плевать, — выплюнула Сарина зло. — Если у кого-то есть будущее, я рада за них, но мне оно не нужно. И те, кто к нам приходил, такие же. Они сознательно отказались от жизни. Какое мне дело до будущего других? Я такая же, как и все Сёстры, одна из многих. Обо мне бы кто позаботился! Ха-а-а… — накрыла она лицо ладонями. — К чёрту всё. К чёрту Романова. Он справился — молодец, а я нет. Дальше-то что? Нельзя мерить по себе, и Романов не имеет права делать это. В конце концов, он другой, — опустила она руки.

Несколько секунд в комнате стояла тишина.

— Эта книга начинается довольно забавно. В ней описывается ряд действий Романова перед последним походом, — заговорила Авелия. — Вроде как незначительные, но странные. Он отослал остатки гоблинов в Вечный лес. Усыпил и запер нескольких человек. Перетасовал Военный совет.

— И к чему ты это? — удивилась Сарина.

— Романов был таким же, как мы с тобой, — огорошила её Авелия. — Сломленным и сдавшимся. Он уходил в последний поход, не рассчитывая вернуться. Похоже, он и сам не верил в свои слова о восстановлении империи, но всё равно продолжал их говорить. Я не знаю, что у него в душе творилось, это надо у Дария спрашивать, но Алекс точно был не из тех, кто справился. Однако он всё равно продолжал тащить остальных на свет, к будущему. Даже если и не считал, что это будущее есть у него.