Книга Тень отступника, страница 15 – Артём Гармашов

Четвёртый пришёлся на старый шрам — тело дёрнулось сильнее, и он выдохнул сквозь зубы.

— Четыре.

Пятый, шестой, седьмой слились почти в одно. Спина быстро покрывалась полосами, кожа лопалась. Кровь стекала по рёбрам в пыль.

— Семь! — выкрикнули из строя.

Нар'миир не ускорялся и не замедлялся. Восьмой. Девятый. Он опустил руку.

— Восемь… девять, — прошептал парень и осел на колени.

Никто не бросился к нему. Нукеры стояли молча, переводя взгляды с тархана на плеть.

— Отвести в лазарет, — сказал Нар'миир, протягивая плеть Канзаф-элю. — Перевяжут.

Двое нукеров подхватили парня под руки и повели прочь.

Нар'миир поднял взгляд. Чуть поодаль, у бочки с водой, стоял Карвек. На губах у него держалась довольная, почти одобрительная усмешка.

— Правильно, — сказал уздень. — Порядок есть порядок. А то распустили тут… язык за зубами держать надо.

Он кивнул Нар'мииру, будто ставил отметку, поправил второй меч на поясе и направился к соседней десятке.

Нар'миир отвернулся. Посмотрел на свои руки. На пальцы, ещё помнившие рукоять плети. На тщательно вычищенные ногти. Крови на них не было. Но смотреть на них всё равно не хотелось.

«Может, он и прав, — подумал Нар'миир. — Если бы не я — поставили бы другого. И тогда сказали бы то же самое. Или хуже».

Он выдохнул и заставил себя выпрямиться.

— Продолжить тренировку, — скомандовал он. — Кто не готов к смотру — будет отвечать.

Нукеры задвигались, подбирая оружие. Канзаф-эль молча вернул плеть на сумку тархана и посмотрел на Нар'миира. Ни кивка, ни усмешки.

— Тяжёлое дело, тархан, — сказал он негромко. — Но верное.

Нар'миир смотрел в спину уходящего Карвека. Пальцы на мгновение сжались на рукояти кинжала — и разжались. Он заставил себя выпрямиться. Руки оставались неподвижны.

Нукеры снова разошлись по парам. Зазвенели мечи, заскрежетали копья.

Теперь они двигались осторожнее. Кто-то поглядывал на тархана, кто-то избегал взгляда.

Нар'миир ловил эти взгляды и молча стоял ровнее чем прежде.

Канзаф-эль, закончив, прошёл мимо. Остановился, положил тяжёлую ладонь на плечо Нар'миира, сжал.

— Железный характер, — сказал он негромко. — Настоящий тархан.

И пошёл дальше, к своей паре.

02.06.935 Эпохи «Совета десяти».

Нар'миир стоял, глядя в землю. Потом, сделав усилие, заставил себя двинуться с места. Отошёл к стене, где тень от навеса падала на сложенные в штабеля щиты. Снял шлем — пальцы дрожали, когда он расстёгивал ремешок. Прижал его к бедру, провёл ладонью по лицу, стирая пот. Глаза щипало.

«Что сделал бы отец на моём месте? Пощадил бы? Поступил так же? Не стерпел бы полумер и казнил бы собственной рукой?»

Опустился на скамью — грубо сколоченную, шаткую. Откинул голову к холодному камню стены.

— Ты сделал, что должен.

Ризаан подошёл так тихо, что Нар'миир не услышал шагов. Только рука легла на плечо и сжала — тепло, по-дружески. Нар'миир заметил, как пальцы друга сомкнулись на его наплечнике, и привычно отметил отсутствие мизинца на левой руке.

Нар'миир не открыл глаз.

— Я сделал то, чего от меня ждали. Разница есть.

— Есть. Но её никто не заметит. Кроме тебя. Продолжишь в том же духе, и скоро станешь узденем, — добавил он. — Хоть не придётся каждый день вопли Карвека слушать.

Нар'миир не открыл глаз.

— Ну да, — сказал он глухо. — Его сменит рёв одного из иларов. Не говори, что не видел лицо Карвека после их собраний. Белое, как известняк, — он открыл глаза и повернул голову к Ризаану. — Я не готов.