Книга Ворон из пустого гроба, страница 83 – Тисато Абэ

Чувствуя, как дрожат сжатые кулаки, Тиха́я исподлобья смотрел на Акэру.

— И это ты называешь дружелюбием? Что теперь нам навязывают? Чувство лояльности под названием «благодарность»? Или хочешь, чтобы я бесплатно работал на тебя из чувства долга? И чем ты отличаешься от них?

Но Акэру в ответ только фыркнул:

— Дружелюбие? Что за ерунда!

Он с щелчком, демонстративно раскрыл веер.

— Да на такого типа, как ты, я бы ни гроша не потратил, даже если бы меня просили. В тебе же ни капли изящества! Я своенравный, заносчивый, капризный благородный ворон, который может думать только о себе! Ха-ха-ха! – Акэру хохотал, как будто в отчаянии. Это производило жутковатое впечатление.

Тиха́я уже собрался спросить, зачем Акэру тогда это делает, но вмешался Юкия.

— Он хочет сказать, что у благородных воронов могут быть свои причины. Это их сражение. – И он преувеличенно широко развел руками. – Южный дом враждует с Западным, поэтому Акэру хочет ослабить Кимитику.

— А западные не хотят враждовать с тобой, – ткнул Сигэмару пальцем в благородных приятелей. – Хуже всего то, что тебе придется подчиняться Кимитике и в будущем скрестить мечи с собственными друзьями. Ты сильный, поэтому тебя боятся.

— Так что сейчас Акэру просит тебя о поддержке, – добавил Юкия.

Но тот скривился и прикрыл недовольное лицо веером:

— Вот уж уволь. Разве он согласится послушно меня поддерживать? У меня не хватит смелости держать при себе человека, который в душе желает перебить всех благородных.

— Поскольку он сам это говорит, давай решим так: нас устроит, если ты станешь независим от Кимитики, а следовательно, и от дома Минами-Татибана.

— Он хочет сказать: звучит сложно, но нам нужно, чтобы все выглядело так.

Юкия и Сигэмару галдели наперебой, будто торговцы, пытающиеся навязать покупателю товар.

— Мести Минами-Татибана не бойся. Когда они поймут, что тебя насильно перетянул к себе Западный дом, тебя не посмеют тронуть.

— В общем, они о тебе беспокоятся и просто хотят стать твоими друзьями, – заявил Сигэмару.

На это Акэру вытаращил глаза.

— Эй, постой. Тогда выходит, что я все это сделал, чтобы подружиться с Тиха́ей?

— А разве не так?

— Ты что, меня дураком выставляешь?! У меня не настолько все плохо, чтобы покупать дружбу за деньги!

Тиха́я глубоко вдохнул. Громкая болтовня разом оборвалась. Юноша все равно молчал, и Акэру добавил, отводя глаза:

— Ты ничем не обязан дому Минами-Татибана. Все равно благородные, в том числе я, просто используют тебя под видом помощи. Можешь ненавидеть нас, но для благородных это естественно.

— Я вовсе не чувствую себя обязанным дому Минами-Татибана, – заявил Тиха́я, и Акэру скривился. – Ты не спрашиваешь мое мнение, а я не спрашиваю твоего. Ты сказал, что думаешь только о себе, и, наверное, считаешь меня пешкой в игре, но мне наплевать.

Глядя на затаивших дыхание друзей, Тиха́я фыркнул.

— Вы это ни от кого, кроме меня, не услышите, поэтому скажу: возможно, ты сделал то же самое, что Кимитика, но, по крайней мере, для меня ты ничуть не похож на людей из дома Минами-Татибана.

— Тиха́я… – Акэру пристально посмотрел на него.

— Для меня Минами-Татибана – враги. А ты нет.

— Ого!

— Ага! – изумленно вскрикнули Юкия и Сигэмару.

— Но есть условие. Деньги я верну.

— Только не знаю, сколько лет тебе придется для этого работать, – хмыкнул Акэру, но Тиха́я кивнул.