Книга Внук Персея. Книга первая. Мой дедушка — Истребитель, страница 59 – Генри Лайон Олди

Косматый наклонился к уху юноши:

— Хочешь, я смешаю для тебя козий жир с жасминовым маслом? Ты спрячешь комочек в кудрях, жир потечет на жаре, и твое благоухание взлетит к небесам. Аргос умрет от вожделения. И что нам какой-то Персей?

— Это точно те ворота?

— Точно. Дирасские, северные.

Амфитрион осторожно выглянул из-за храмовой ограды. Мордатый караульщик был на месте: подпирал стену. В ворота ползла тележка, влекомая ослом-меланхоликом. Возница шел рядом, подгоняя осла хворостиной. Удары его не смутили бы и мотылька.

— Шевелись! — гаркнул караульщик.

Он хотел дать ослу пинка, но поленился. Стянул с головы пыльный шлем, утер пот со лба. Торчи тут, понимаешь, на жаре…

— Пошли! Он всех пропускает. И в город, и из города.

— Нельзя, — отрезал Кефал. — Он нас запомнит.

— Ну и Тифон с ним! Там дедушка! Его же отравят!

Мальчик приплясывал на месте от нетерпения. Жажда действий изнуряла его, требуя выхода. Надо спешить! Бежать! Догнать дедушку, предупредить…

— Ты что, дурак? Когда нас хватятся, первым делом допросят караулы. И вышлют погоню. Они местные, знают каждую нору. Не уйдем. А если нас никто не видел — куда погоню слать?

— А если он не уйдет?

— Уйдет, как миленький. Он воду пьет все время. Видел? Вон сколько вылакал! Захочет отлить, тут мы и проскочим. Ты давай, наблюдай. Иначе проморгаем.

Храм Аполлона Дирадиота служил обоим надежным прикрытием. У святилища не было ни души, лишь за оградой пасся на привязи кудлатый баран. Не зная, что предназначен в жертву, баран наслаждался жизнью. На то он и баран, подумал Амфитрион. А мы на то и люди… Выглянув по-новой, мальчик зауважал Кефала пуще Дельфийского оракула. И впрямь, караульщик уныло изучал шлем, словно прикидывал: не отлить ли туда? Нет, раздумал — выскочил за ворота, убедился, что дорога пуста, и заспешил к ближайшим кустам.

— Уходит! Пошли!

— Не беги, — бросил Кефал через плечо. — Заметят.

Амфитрион внял. Хотя ему хотелось припустить со всех ног — лишь бы скорее оставить за спиной Аргос, превратившийся в западню. К счастью, аргивянам, разморенным солнцем, не было дела до блудной молодежи. Небось, на охоту собрались. У юноши — копье, у мальчишки — дротик… Дротик Амфитрион стащил во дворце, пока растяпа-оружейник подбивал клинья к смазливой служанке. Хотел взять меч, но тот оказался слишком тяжел.

По горам с таким бегать замаешься.

За воротами беглецы нырнули в кусты — не в те, где скрылся караульщик, а напротив. Затаились, чуть дыша. Вскоре раздался оглушительный треск — будто кабан ломился. Бдительный страж выбрался из зарослей, одернул хитон и убрел на пост. «Охотники» на цыпочках двинулись прочь, не рискуя покидать укрытие, пока между ними и городом не легло полстадии.

Здесь дорога разделялась натрое.

— Куда нам?

Надежда пылала в глазах мальчика. Кефал старше, он охотник… Чувствуя себя божеством в присутствии пылкого неофита, юноша задумался.

— Они назначили встречу у Сикиона, возле источника. Так?

— Так!

— Сикион — на севере. Север, — Кефал сориентировался по солнцу, идущему на закат, — там. Вперед!

И первым ступил на среднюю из трех дорог. Амфитрион кинулся следом. Лишь обогнув холм, заросший густым маквисом — Аргос к этому времени скрылся из виду — Кефал сбавил шаг.

— Как начнет темнеть, — предупредил он, — свернем на обочину. Ночуем в горах.